Легенда о Восставшем

Плоть, которая нарастает вокруг твоей бессмертной формы – несовершенна. Но так как и ты не живёшь в полноценном смысле этого слова, то рано или поздно начнёшь гнить и умрёшь второй раз.

– Это ужасно.

– Мда, надеюсь, я сам с этим не столкнусь. – Повисло неловкое молчание. На стене тикали часы. Лулу только сейчас их заметила. – К чему я вообще затеял этот разговор, напомни?

– Мы говорили про Макгроу.

– Ах да, почему-то, когда я его увидел, первое, о чём я подумал, это о том, что его оживили.

Сейчас эта идея кажется мне полубредом. Кроме отца вряд ли кто-то бы смог сварить эликсир. А папа, сама знаешь, где. Так что скорее всего версия с подставной смертью кажется более вероятной. Это в духе Ланкастера.

– Мне казалось, у него всегда прямые угрозы, а не какие-то там намёки издалека.

– Возможно. В любом случае, я не очень хочу разбираться в этом вопросе.

***

Майк пошёл проводить Лулу до школы, как только зашло солнце. На пару секунд он помедлил, спросил:

– Хочешь заглянем к Фениксу, на ритуал?

Лулу пожала плечами.

Ей было всё равно, вернётся она в школу сейчас или чуть позже.

Около трёх-четырёх кибиток расположились вокруг костра, составленного из наваленных брёвен. По кругу стояли несколько женщин в цветастых, размашистых нарядах, все в золоте. Каждая из них держала по восковой свече. Лулу присмотрелась: в каждую свечу по спирали были воткнуты иглы. Одна из женщин с золотой тиарой на голове держала в руках карточку, по-видимому, фотографию.

Неподалёку от собравшихся сидел мужчина, окружённый ребятнёй. Он курил длинную трубку, но в один момент достал большой тамбурин и принялся размеренно в него бить. Раз, и женщины поменяли позу. Два, и они пошли по кругу в хороводе. Три, и несколько женщин кинули в костёр белые камни. Четыре – кто-то кинул в огонь немного мха. Пять – туда же кинули горсть желудей. Шесть – все остановились.

Лулу посмотрела на Майка: парень улыбался, и девушка догадывалась, почему, хоть и не видела этого.

Майк смотрел прямо на Чанчи, которая стояла у дерева и постукивала пяткой по земле в ожидании. Наверняка ей было смешно наблюдать за всеми этими действиями, если учесть, что она стояла неподалёку всё это время.

Круг расступился, и к костру вышла старушка. Она была слепой, но рука её сжимала колоду карт. Старушка принялась тасовать карты, периодически выкрикивая слова, непонятные Лулу.