Ментал: Семейная тайна

Вицинна неотрывно смотрела на дуэли и видела двух сражающихся волшебников: один держал посох с жёлтым кристаллом, а другой – полуторный меч. Вицинна узнала свою маму. Но, когда её противник разрубил мечом посох и превратил маму касанием в каменную статую, из леса вновь вылетела молния и разбила вдребезги окаменелый силуэт матери.

«Не-ет! – прикрыла ладонями рот Вицинна, стараясь не выдать себя воплями боли. – Мамочка, мама, ты… За что? Я в это не верю. Не оставляй меня. Прошу. Мамочка».

Дядька уже увёз её достаточно далеко, но во сне образ того волшебника с мечом словно приблизился.

Воин резко обернулся, и Вицинна узнала в нём Флегана.

– Проснись. Проснись же, – толкал её в бок тяжёлым канделябром Верум, еле дотягиваясь на носочках до края дивана. – На всю комнату ревёшь. Угомонись. Бесит.

Вицинна в недоумении протёрла щёки – и вправду плакала наяву. Плохой знак.

– Ромашку пей, раз так на кошмарные сны реагируешь.

– Лучше б это действительно был просто сон. – Она присела и попыталась протереть глаза в попытке забыть тот привидевшейся ужас.

Глянула на часы. Половина восьмого. Нужно идти умываться.

– Говорил же, мозги лечить надо. И согласился же с этой ненормальной жить, – Верум бормотал, как старый двухсотлетний дед, поднимаясь по своей лесенке на стол, которую на днях наколдовала Вицинна.

– Интересно, а ты сны тоже ощущать можешь? – Подошла она к полке со шкатулкой и открыла секретный ларчик. Там лежал тот самый серебреный аграф отца, лазуритовая брошь матери и ромбовидный магический камень – её трофей после победы над их убийцей в том году – над Охотником на менталов.

На внутренней стороне крышки ларчика – зеркальце. С его помощью Вицинна рассмотрела на своём лице схожие с мамой черты: голубые, миндалевидной формы глаза, узкие брови и гладкие губы. А вот каштановый цвет густых волос Вицинна унаследовала от отца. Как же сердце сжималось от тоски. Никакая ромашка эти раны не залечит.

– Я не чувствую, а вижу. Чаще всего силуэты в перламутре: один цвет превосходит, меняется, переходит в другой.

Спящий человек испытывает достаточно конкретные эмоции спокойствия, радости или страха. В кошмаре ты словно горела заживо. Отвратительно, – зверёк дрогнул в мурашках, вздыбив шерсть и помпонистый хвост.

– Хорошо, что сны запах горелого не передают. – Вицинна надела поверх ночнушки халат и собрала в неряшливый пучок волосы. – Вандуку тоже кошмары снились. Говорил, что его из подвала замка также на руках вынесли.