Нам здесь не место

Он чуть сощурил глаза, улыбаясь, опустил их в пол, а потом снова посмотрел на меня.

– Красивое имя… Как и глаза твои. Потрясающе…

И тут я в конец смутилась. Я знаю, о чём он говорил. Мне многие говорили о моих глазах, но только от него услышать это было как-то слишком… приятно.

– Кажется, это называется гетерохромия? – спросил он.

– Да… – нервно усмехнулась я, но быстро взяла себя в руки. – Да. Правый голубой, левый – как у тебя, карий.

Зачем я это объясняла? Он же не слепой. Кажется, он даже чересчур много видит.

У меня возникло чувство, будто я оказалась перед ним совсем без одежды, полностью раскрытой для него. Он так пронзительно смотрел на меня, так честно и откровенно. Но мне не было неудобно, и скованности я не чувствовала. Наоборот, мне нравилось, как он смотрит на меня. Не понимаю, как он это делал, но он поглощал меня своим взглядом. Он казался неуверенным мальчишкой, когда трепал свои волосы и опускал глаза в пол, но от него исходило столько смелости, сколько я не видела раньше никогда. И она не могла оставаться незамеченной.

Этот парень, Дилан, он такой странный…

Мы сейчас были как дети, и совсем позабыли о том, что творилось вокруг. Забытье – это, наверное, самая большая привилегия, которая возможна была в нашей реальности. На малую долю времени мы были спрятаны от всего и всех. Какое короткое было это время… А так сильно хотелось ни о чём не думать и не вспоминать. Хотелось смотреть друг на друга, смущаясь, словно бы всё хорошо и мы просто двое людей, встретившихся случайно.

Мне было приятно находиться рядом с ним. Как жаль, что мир вокруг рушился на части.

– Я тоже искала тебя, – призналась я, и заметила, как он улыбнулся. – Но так и не нашла, тебя нигде не было. Я уже решила, что ты не успел…

С этими словами пришли воспоминания о том, как я боялась, что он погиб. И обо всём остальном. Стало так плохо. И снова горький ком возник в горле. Я потупила взор.

– Я успел, – тихо произнёс Дилан. – Но был последним.

То есть, в последней группе людей. Это было ужасно…

– Ты видел, что случилось? – серьёзно спросила я.

– Не всё. Но этого было достаточно. Взрывы были совсем рядом. От них вспыхнул огонь…

– Подожди, взрывы? Их было несколько? – перебила я его.

– Три, или четыре. До того, как я попал в лифт. Остального не знаю. Знаю только, что военные остались снаружи. Никто из них не приехал вслед за нами.

– Здесь нет ни одного военного?

– Видимо нет.