Нам здесь не место

На этот раз я уловила смысл сказанного им. Мутный взгляд переместился с его лица к моей безвольно лежащей на полу руке, которой он коснулся, и я заметила на ней красное пятно. Кровь? Нет… нет. Это было яблоко. Красное, блестящее от света за окнами, яблоко.

– Поешь, – повторил Дилан, и положил на пол несколько упаковок с батончиками и какие-то другие разноцветные пачки.

– Откуда? – наверное, меньше всего я хотела спросить сейчас именно это.

– Нашёл автомат с едой. Денег нет, поэтому пришлось стащить.

Выцарапал всё, до чего смог дотянуться. Не думал, что когда-нибудь придётся воровать еду.

Он чуть усмехнулся от своих слов и попытался улыбнуться. Ему это давалось с трудом, было видно. Так зачем он старается? Зачем нам обоим теперь стараться? Ради чего? Ничего ведь больше нет.

Мои глаза застыли. Я вспомнила. Вспомнила, что ничего нет. Мир рухнул.

Я снова опустила голову себе на колени, пряча лицо в тени.

– Ниа, – позвал Дилан, касаясь моего плеча. – Тебе правда нужно поесть.

– Зачем? – хриплым голосом произнесла я.

– Послушай меня. – Он внезапно обхватил меня руками заставляя выпрямиться, и развернул к себе; в следующее мгновение я уже сидела перед ним и смотрела в его глаза. – Послушай… ты не должна опускать руки. Мы выберемся. Мы найдём выход.

Как бессвязно он говорил, как быстро. Столько много слов. Неужели он сам верит в то, что говорит?

– Мы справимся. Уже справлялись. Мы прошли уже так много, и это не конец.

– Конец, – остановила я его.

 – Конец, Дилан.

Его лицо исказилось. Он до последнего пытался смотреть мне в глаза, но всё-таки не выдержал. Он отвернулся, и стал тереть ладонью лицо, нервно хватать пальцами волосы. На его виске пробилась вена. Мне казалось, я различила в воздухе звук его сердцебиения – таким громким оно стало. Но вдруг он снова взглянул на меня.

– Нет. Главное мы живы. Это самое главное. А если мы живы, значит, надежда есть. Есть шанс.

– Ты видел это?! – сорвалась, в конце концов, я. – Ты это видел?! Или может это была моя личная галлюцинация?

Парень сжал губы и до скрипа свёл челюсти.

Его глаза всё чернели и чернели, тени под ними становились всё отчётливее и мрачнее, брови нервно вздрогнули.

– Ответь же! – уже кричала я. – Ответь!

– Да, – коротко сказал он, до боли прикусив губу. – Да, видел. Оно… оно там есть.

– Что это? – я не знала, хочу ли я заплакать или неистово заорать.

Дилан молча отвёл взгляд, продолжая кусать губы.