Камерон

Сильные толчки, скольжение внутри, разный ритм, спазм удовольствия, охватившая дрожь, сокращение мышц – и стон наслаждения сорвался с ее губ.

Почему мы это сделали? Не знаю. Мне хотелось оторваться за всю изощренную пытку, жестокую игру, которую вела Камерон с моими чувствами. Обессиленные, мы застыли.

– Ты дьявол! – она поправила юбку и, развернувшись, посмотрела мне в глаза.

– А ты красивая, – я улыбнулся, вовлекая ее в долгий поцелуй.

– Мне нужно в ванную, – прошептала она, выскальзывая из моих объятий, – Можешь налить себе что-нибудь выпить.

Уже уходя, Сабрина прохладно бросила мне:

– И почему у меня такое чувство, что ты занимался сексом сейчас не со мной?!

Из комнаты не доносилось ни звука. Я прошел на кухню и налил себе стакан воды. Сделав пару крупных глотков, я вернулся к неизменно закрытой двери.

– Камерон, время идет, проблему надо решать. Джэд может появиться в любой момент. Я серьезно.

Раздался щелчок.

– Входи, – раздался ее равнодушный голос.

Я распахнул дверь. Камерон стояла у окна, завесившись волосами.

Она подняла на меня злые синие глаза. Это был взгляд Дамы Пик. Им можно было убить.

– Почему не открывала? Зря. Ты просто потрясающе выглядишь! – расплылся я в самой лучезарной улыбке.

– Заткнись.

Мне показалось, или на ее лице промелькнула тень боли и ревности.

– Ты проделал с ней то, что хотел тогда сделать со мной… тогда в баре? Ну и как?

– Мм-м… как сказать, я пока не могу сравнить с оригиналом. – Я медленно приблизился к ней.

– Это обязательно нужно было делать рядом со мной?

– Ты ведь знаешь… ты всегда действуешь на меня возбуждающе.

Сначала в меня полетел будильник, потом ваза с цветами, флакон духов и что-то еще. Мне оставалось проявлять чудеса ловкости и изворотливости. В комнату влетела Сабрина:

– Что происходит?! Камерон, успокойся! Вообще-то это мои вещи! Только не эту шкатулку!

– Пошла нахрен, сука! – зло бросила та.

Пока она отвлеклась на Сабрину, я поймал момент, чтобы разглядеть ее лицо: подтеки, синяки, чуть заплывший глаз, рассеченная губа, царапины – это были только лицо и шея.

Что с остальным телом, оставалось только догадываться. Поймав мой изучающий взгляд, она вспыхнула и бросилась на кровать. Зарывшись лицом в подушку, она зарыдала.

– У нее истерика, – констатировала Сабрина, – и такое состояние все утро. Схожу за успокоительным.

Я присел на кровать.

– Я разговаривал с Десмондом, дал совет убираться из города, хотя вряд ли он меня послушает.