Мадам Арабия

Брезгливому человеку в Индии не выжить, я быстро адаптировалась к новым условиям и уже бросила кипятить и намывать, надеясь на удачу и крепкость желудка.

Сев в машину, мы стали пробираться на белой «тойоте» Брамы через плотную толпу Калангута. Индийская улица через стекла дорогого авто казалась куда привлекательнее, я и Саня блаженно нежились в прохладе кондиционера и чувствовали себя неловко, занимая кожаные сиденья. В Арамболе не было стиральной машины, и мы три дня ходили и спали в одном и том же.

– Мне кажется, у него в машине пахнет лучше, чем от нас, – шепнула мне в ухо Белка.

Вырулив в поля, Брама вел минут пятнадцать, после чего мы миновали табличку «Village Panchayat Khalakhara» и въехали в мирную, чистую деревню. Брама свернул в глубь квартала, и мы оказались в месте, которое не рассчитывали увидеть в Индии: живописная улица, по обеим сторонам гордо стоят дома с балконами и крышами-площадками, на которых установлены солнечные батареи. Строения окружены ухоженными двориками, где растет аккуратно подстриженная трава и работают веерные поливалки, с наружной стороны заборов радуют глаз пальмы и цветущие красным и розовым гибискусы.

Калахару индусы гордо называли «индийским Майами». Когда Брама притормозил у высокого красноватого каменного забора с надписью «Happy Residency», мы в глубине души чувствовали: это наш дом.

Мы поселились в маленькой студии на третьем этаже. Большую часть жилого пространства занимала двуспальная кровать с тумбочками по бокам, в углу стоял платяной шкаф, и рядом с ним – туалетный столик с зеркалом и выдвижным ящиком.

Два окна с витыми решетками и плотными шторами смотрели в тихий, заросший травой двор, по которому время от времени стайками прокрадывались странные длиннохвостые зверьки. Вдали за пальмами виднелась церковь, в часы молитвы оттуда доносился звон. В ванной комнате под потолком открывалось окошко, через которое внутрь просовывались зеленые листья. По утрам в эту форточку проникали птичий щебет и первые лучи солнца, освещавшие светлые стены душа. Полы, подоконники и столешница в студии, как и во всем доме, были каменными и приятно холодили тело в жару.

– Постельное белье на кровати есть, вот пульт от кондиционера, я дам плитку и посуду на первое время, – обстоятельно разъяснял домоправитель Кристиан, высокий индус средних лет с темным, огрубевшим от загара лицом. – Наверху никто не живет, там крыша, можно загорать, но будьте осторожны, закрывайте дверь изнутри на замок.