Сквозь время. Роман-фэнтези

Лишь Владыке ты сможешь раскрыть тайну… хотя, думаю, для него это не будет тайной. Он узнает вас без единого слова… Но кто бы не спросил вас в пути, говори, что вы двое – посланники Adamantine Tulipe. При звуке этого имени перед вами распахнуться любые двери. Возьми это кольцо – оно будет подтверждением твоих слов, – он снял с пальца и протянул мне тонкое золотое колечко с алмазом в форме тюльпана. – Это кольцо ты отдашь лично королю. И никому другому. И, если не встретишь меня в крепости, то передай Этранжеру, что его сын остался верен долгу до конца.

… И ещё – возьми вот этот медальон. Это мой тебе подарок, – он снял с шеи красивый медальон на тонком кожаном шнурке и протянул его мне. – Помни, пока на тебе этот медальон, все миры подвластны тебе. Они в твоих руках. Ты сможешь понимать какие угодно языки и говорить на них, будто бы это твои родные. Теперь иди. Возьми своего друга за руку и просто подумай обо мне. Поспеши.

– Подожди-подожди, почему Владыка узнает меня без слов? Как его настоящее имя? Ты же знаешь! Скажи!

На лестнице в конце коридора послышались шаги стражи.

– Скорее, Ольга. В нишу у поворота коридора. Спрячьтесь там. Скорее, молю.

– До встречи в Цитадели, – прошептала я, спешно протискиваясь через прутья решетки.

Мы с Филом стояли в нише у поворота, когда мимо прошли тюремщики. Один из них едва не коснулся меня плечом, но магия Адамантина была сильна и нас никто не заметил.

– Нам надо спешить, – шепнула я напарнику. Он только кивнул.

Мы выбрались из казематов никем не замеченные и поторопились оставить крепость позади. Сумерки скрыли нас. Повезло, что мы выбрались из темницы на закате, по солнцу было несложно определить стороны света. Избрав южное направление, мы с Филом торопливо зашагали по полям.

Мы шли почти всю ночь, стараясь держаться верного направления. В этом нам сильно помог компас, который нашелся во внутреннем кармане куртки моего напарника. В пути мы почти не разговаривали. Однако, я сочла необходимым спросить Феликса о том, как он оказался в темнице.

– После перехода, сразу же, – ответил он. – Меня окружили какие-то тени, типа призраков и все… дальше ничего не помню, как под наркозом. Очнулся в тюрьме… в камере пыток. Они лопотали на каком-то непонятном диалекте. Что-то вроде гэльского. Почти ничего не было понятно.

– Ты же переводчик. И вроде гэльским владеешь.

– Ну вроде…

– А чего они хотели?

– Спрашивали о какой-то «чистой крови».