О чем молчат легенды. Закат проклятого ордена

Может, мозги от боли отказывают?

Я перехватываю направленный на неё отчаянный взгляд рыцаря и подхожу к жене Эдгара. Глаза у нее необычные, фиалкового цвета, большая редкость. Сейчас слишком мало времени для церемоний, если хочу сделать старому врагу последний в его жизни подарок. Пусть уйдёт из жизни спокойно. Я молча с силой толкаю девчонку в плечо, она летит спиной вперёд прямо в ожидающее её свечение и исчезает. Вот и всё, девица сейчас шлепнулась на светящуюся дорогу. По всей вероятности, в ближайшие минуты она произведёт на свет красивую девочку, будущую жену какого-нибудь врага, или, что хуже, блестящего бойца, наследника Эдгара.

Анорм всё видел и кидает на меня разгневанные взгляды. Да, знаю, дорогой, что виновата, но дело уже сделано. Как же тут жарко! Испепеляющие глаза Короля, что ли, так действуют? Эдгар, отбивая удар правой рукой, быстрым движением левой перекрестил меня. В следующую секунду на него обрушился меч Анорма.

Хмм, предсмертное благословение героя, надо же! Решил спасти мою душу? Забавно!

Я вяло улыбнулась и… открыла глаза.

Бред почему-то продолжался. Я встретила ошеломлённый взгляд фиалковых глаз так раздражавшей меня местной акушерки, матери Эда. В тот день я толком не разглядела её, а она, похоже, вообще ничего не соображала.

Сознание снова уплывало.

– Значит, все-таки наследник… Эд… Он тоже Эдгар… – пробормотала я. – Его опять заслали помогать кому-то в миру?

– Время горячее, сама знаешь, судья, – хмуро ответила Елена. – А неплохо было бы ему послушать некоторые твои рассказы о заработанных жизнях или романтическом круизе с Анормом на "Титанике".

– Так перескажи, – через силу, сквозь боль усмехнулась я. – Только не искажай факты, "Титаник" утонул сам, мы там просто отдыхали.

Надо же, она все ещё надеется, что Эд откажется от меня. Глаза снова закрылись, и я почти сразу услышала стон Синички:

– Лили, где ты? Где ребенок?

Ну вот, опять началось. Я-то думала, что там, куда она должна попасть после смерти, Таня и так всё знает.

Почему я так часто слышу, как она мучается? Этого не должно быть. Не могла чистая душа попасть туда, где ей плохо.

– Разве ты не знаешь? – отозвалась я.

– Мне не говорят. Лили, что с ребенком?

– Мы здесь, у… – я чувствовала, что Синичка уже не слышит меня, но все же договорила: – святого Грааля.

Так и есть, не слышит, исчезла так же неожиданно, как появилась. Я с трудом разлепила глаза. Привычная картина изменилась, не слышно нескольких злорадствующих баб.