Просто вместе

– Я слышал твой разговор с толстяком… Перелом шейки бедра, так?

– Угу.

– Это серьезно?

– Не думаю, проблема в том, что я совсем один…

– В каком смысле?

– Да во всех.

Гийом ничего не понял, но предпочел оставить товарища наедине с его заморочками.

– Раз ты слышал мой разговор со стариком, значит, все понял насчет вечера…

– Йес.

– Справишься?

– С тебя причитается…

Они продолжили работать молча: один колдовал над кроликом, другой возился с каре ягненка.

– Мой мотоцикл…

– Да?

– Я дам его тебе на воскресенье…

– Новый?

– Да.

– Ничего не скажешь, – присвистнул Гийом, – он и правда любит свою старушку… Идет. Договорились.

Франк горько ухмыльнулся.

– Спасибо.

– Эй…

– Что?

– Куда отвезли твою бабку?

– Она в больнице в Туре.

– Значит, в воскресенье Solex тебе понадобится?

– Я что-нибудь придумаю…

Голос шефа прервал их разговор:

– Потише, господа! Что-то вы расшумелись!

Гийом подточил нож и прошептал, воспользовавшись стоявшим в помещении гомоном:

– Ладно… Возьму его, когда она поправится…

– Спасибо.

– Не благодари. Пока суть да дело, я займу твое место.

Франк Лестафье улыбнулся и покачал головой.

Больше он не произнес ни слова. Время тянулось невыносимо медленно, он едва мог сосредоточиться, огрызался на шефа, когда тот присылал заказы, старался не обжечься, чуть не погубил бифштекс и то и дело вполголоса ругался на самого себя. Он ясно осознавал, каким кошмаром будет его жизнь в ближайшие несколько недель.

Думать о бабушке, навещать ее было ой как нелегко, когда она находилась в добром здравии, а уж теперь… Ну что за бардак… Только этого еще и не хватало… Он купил дорогущий мотоцикл, взяв кредит, который придется возвращать лет сто, не меньше, и нахватал дополнительной работы, чтобы выплачивать проценты. Ну вот что ему с ней делать? Хотя… Он не хотел себе в этом признаваться, но толстяк Тити уже отладил новый мотоцикл, и он сможет испытать его на шоссе…

Если все будет хорошо, он словит кайф и через час окажется на месте…

В перерыв он остался на кухне один, в компании с мойщиками посуды.

Проверил продукты, пронумеровал куски мяса и написал длинную памятку Гийому. Времени заходить домой у него не было, он принял душ в раздевалке, захватил фланельку, чтобы протереть забрало шлема, и ушел в растрепанных чувствах.

Он был счастлив и вместе с тем озабочен.

6

Было почти шесть, когда он въехал на больничную стоянку.