Академия моей любви

Отец поморщился:

– Магию сбрасывает? А что там говорили про одарённость Ринабеллы?

– Ничего, – рявкнула королева. – На момент покушения Ринабелла была слишком мала, её магические способности не проверяли.

– Но она наследница Гоблеймов, причём единственная, – отец опять поморщился. – Если в ней проснётся сила, достойная её предков, то…

– Вот и я говорю, что поженить их нужно прямо завтра! А можно и сегодня, – топнула ногой мама.

Его величество отрицательно качнул головой:

– Сколько времени нужно на то, чтобы подготовить банкет? – уточнил он.

– Мы сделаем всё возможное, – мама пожала плечами. – Если без феерии, то управимся за две недели.

– А если с «феерией»? – имелся в виду истинно королевский размах, такое торжество, чтоб вся страна запомнила, а соседи корчились от зависти ещё лет двести.

– Тогда два месяца, – мама погрустнела и даже скисла.

Мне же пришла отличная идея. Пусть короли так обычно не поступают, но если простым смертным можно, а консумация всё равно откладывается, то…

– Сделаем тайное венчание через неделю и пышное торжество через два месяца? – озвучил я.

 – Рина после венчания никуда не денется, а я… у меня будет два месяца, чтобы проявить себя заботливым и галантным. Через два месяца публично подтвердим уже данные клятвы, и… ну, собственно, всё.

Родители замерли, потом посмотрели с одобрением.

И ответили хором:

– Хорошо!

Рина

Я сознавала, что Зейну вряд ли понравится упоминание Кирилла, но принц отреагировал совсем уж бурно.

Подскочил по мне, вцепился в ладошку и, сверкнув серыми глазищами, процедил:

– Что за жених?

Это было вслух. А в моей голове прозвучало: «Врёшь, зараза! Просто разозлить хочешь. Не было у тебя никакого жениха, но сейчас я твою ложь почувствую!»

Та-а-ак…

Неожиданно пришло понимание, что враньё Зейн действительно уловит.

Если уж у них тут так развита магия, если водятся артефакты для определения всего на свете – включая невинность, – то какой-то уловитель правды у королевских особ точно должен быть.

И где гарантия, что это не вон то неприметное колечко на принцевом мизинце? Или не круглый серебристый медальон на его шее? А может это вообще какая-то из пуговиц – их тут целый блестящий ряд.

Но, с другой стороны, врать и не обязательно. Можно сказать правду, просто преподнести её по-другому.

В результате тщательного подбора слов, тощий, долговязый и белобрысый выпендрёжник Кирилл превратился в этакий идеал из глянцевого журнала.