Академия Стихий. Испытание Огня

Мы с Кузей переглянулись и бодро отправились к напольному зеркалу в тяжелой медной раме. Вернее, к зеркалу отправилась я, а твир на ручках – VIP-доставка котиков, что уж?

Картина, которую транслировала зеркальная поверхность, была более чем ожидаема – Кракозябр собственной чешуйчатой персоной. Этакая помесь крокодила с не пойми чем. Как всегда, недовольная и язвительная.

– Ну что, поздравляю, – сказал призрак, едва мы с Кузей приблизились.

– С чем? – полюбопытствовала я.

– С новым приключением, – выдал монстр и замолчал.

Я же удивленно вскинула бровь, намекая, что неплохо бы пояснить.

– Ректору только что прислали список членов комиссии, – буркнул Зяба. А потом выдержал почти театральную паузу и добил: – Готовься к знакомству с матерью Каста.

Мне разом подурнело, так, что едва Кузьму не уронила.

– Она будет в составе комиссии? – сглотнув, неверяще переспросила я.

– Да.

Приплыли…

Ну почему? За что мне такая сомнительная удача? К тому же на фоне стойкого желания Каста поизображать из себя моего парня? Да и не только желания, но и необходимости! Держаться-то, как ни крути, нужно вместе.

И это все на фоне требования ректора не попадаться на глаза комиссии Совета Магов…

Бли-ин!

– Что, оценила? – понятливо встрял в мой мысленный монолог Зяба.

Я со стоном опустила Кузю на пол и лишь после этого ответила:

– Более чем.

Настроение, и без того не слишком радужное, упало куда-то ниже плинтуса. Вот почему мне так не везет?

– Ладно, не спеши паниковать и закатывать истерику, – попытался успокоить монстр.

– Хочешь сказать, что мы что-нибудь придумаем и все будет хорошо?

– Нет, – выдержав паузу, ответил Кракозябр. – Просто истерики не люблю.

Угу. Ясно. Мы сегодня в особенно язвительном настроении. Интересно, почему?

– Что-то произошло? – спросила я.

Мой чешуйчатый собеседник скривился и неохотно ответил:

– Ничего особенно страшного, так…

– Что? – подтолкнула я.

– Да время немного не рассчитал. Сунулся в кабинет к ректору, когда там еще Глун был.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, видела ли в кабинете ректора зеркало. Но тут память, увы, молчала. Зато она не постеснялась напомнить кое о чем другом – о патологической нелюбви Кракозябра к фон Глуну. Вернее, к подглядыванию за фон Глуном.