Академия Стихий. Танец Огня

И я опять решила не стесняться. Выбрала первый, где обнаружила свободное местечко, подошла, поставила поднос и с лучезарной улыбкой уточнила у сидящих:

– Вы не против?

Студенты в красных балахонах (да, я решила присоединиться к тем, кто к моему факультету относится) дружно вздрогнули. Кажется, кто-то попытался сказать «нет», но я на это «нет» забила.

Да пошли они все лесом! Мало того, что мне пришлось спать на матрасе и в пыли, так еще и голодать? Фига с два! Не дождетесь!

Я решительно плюхнулась на стул, взяла вилку и предалась чревоугодию.

Косые взгляды и брезгливые мины ничуть не смущали, даже подбадривали. А мой желудок радовался завтраку, ибо это было лучшее, что случилось со мной за последние сутки.

Лекционную аудиторию я нашла быстро и без проблем. Причем совершенно банальным образом: всего-навсего проследила за девицей, которая недавно указывала на меня пальцем. Логично предположив, что меня хотели подселить к сокурсницам, я дождалась, когда она закончит завтракать, и просто направилась вслед за ее компанией.

А в результате пришла на лекцию первого курса, которую вел не кто иной, как профессор Эмиль фон Глун.

Брюнет встретил меня снисходительной улыбкой.

– А, это вы. Надо же, неужели не заблудились?

Его слова убедили, что пришла я по адресу. Однако отвечать аристократу-профессору не стала. Лишь пожала плечами, мол, что поделать. Потом осмотрелась и, решив, что терять все равно нечего, села в первом ряду.

Учите меня. Я уже на все согласна! А для тех, кому не нравится, что я села на «их» ряд, повторю: идите лесом. Или в сад. Или вообще на хутор – кому что ближе.

С этими мыслями я открыла тетрадь, вытащила из кармана балахона-мантии пожертвованную Глорией шариковую ручку и приготовилась слушать Глуна. А брюнет, неоднозначно хмыкнув, практически сразу приступил к лекции.

– Итак, на прошлом занятии мы остановились на том, что суть магии Огня в способности раскрыть душу, – бодро сообщил он.

 – Со своей душой вы, уважаемые студенты, работаете сами, а в остальном следим за мной и пишем формулу.

Фон Глун плавно подошел к доске и принялся выводить… ну, скорее всего ребус, не иначе. Точка-точка-запятая, какая-то гадость в виде эллипса, какие-то стрелочки-черточки и прочая муть.

Я, конечно, изображенную на доске штуку перерисовала – студенческая привычка. Но ничего не поняла. Вот вообще.