Астра. Счастье вдруг, или История маленького дракона

Светлость закатила глаза, а я… уже тихо-тихо, с самым смиренным выражением на морде:

– Ву-у-у…

– Нет, я этого не выдержу, – прикрыв глаза рукой, сообщил Дантос. – А ты ведь не успокоишься? Ты, чудовище маленькое, днём выспалась.

Не, не успокоюсь. Да, выспалась.

– Ну что мне с тобой делать? – вопросил герцог. – Гулять? Кормить? Что?

«Хм… Да что хочешь, мне все варианты подходят. Ещё помыть можешь – я это дело люблю, а у тебя неплохо получается».

– Астра… девочка… миленькая моя… давай спать, а? – И столько мольбы в голосе… Немногим меньше, чем в моём «ву-у-у».

– Ву-у-у… – ответила я.

Сероглазый покачал головой, сказал устало:

– Хорошо, пойдём.

Куда?

– Пойдём, – повторила светлость и привычно хлопнула себя по ноге.

Послушалась я из чистого любопытства. Ладно, дело не только в любопытстве было. Просто драконье чутьё, которое довольно неплохо улавливает человеческие эмоции, сообщило – сейчас допрыгаюсь. А получать по попе не хотелось очень, я её и так два раза за ночь отбила.

Вслед за Дантосом вышла из кабинета. Скользнула мыслишка: гулять поведёт. А гулять – это хорошо, прогулка – реальная возможность свинтить из этого негостеприимного дома.

Но блондин поступил иначе. Видимо, сонливость притупила жадность – в смысле, о том, что маленький дракон может испортить дорогие ковры, герцог уже не переживал. Он повёл не во двор, а наверх, на третий этаж, в свои покои.

После подъёма по крутой, но роскошной лестнице, прогулки по короткому коридору и проходу через две комнаты мы оказались в просторной спальне.

Сама спальня – ничего особенного: стены светлые, камин большой, мебели немного. Гардины с ламбрекеном и серебряными кисточками, тёмный паркет, магические светильники на стенах и под потолком. Запах светлости, которым пропиталось всё, даже штукатурка, и… она. В смысле, кровать!

Я когда её увидела, чуть не взвизгнула.

Да, лёжа на холодном паркете кабинета, я размышляла о том, что светлость сейчас в тёплой постельке нежится, но это было так… гипотетически, не всерьёз.

То есть не мечтала я о кровати, не задумывалась. А тут… Я же последние семь лет в клетке, на соломенной подстилке, без права на помилование. Забыла уже, каково это – спать на упругом матрасе, на белых простынях.

Как заворожённая сделала шаг к кровати, потом ещё один… Тут же услышала ворчливое:

– Ты спишь на коврике.

«Ага, щас. Это ты, светлость, спишь на коврике, а я…»

– Астра! – упреждающе рявкнул блондинчик, но меня было не остановить.