Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2

Словно оправдываясь за промах с парализующей ловушкой, Бледная вскочила и действительно побежала.

Сокурсники – а среди них «выживших» не наблюдалось! – принялись громко протестовать, на что Валетта подхватила свежий снаряд и, невзирая на свою «трупность», засветила одному прямо в лоб.

Через несколько бесконечных минут со стороны поляны послышался тройной удар гонга.

Спустя ещё минуту рядом вспыхнул портал, из которого вышел магистр Острис с вопросом:

– Ну и чего сидим?

Нам позволили прогуляться до поляны, где обнаружился большой каменный круг-подставка.

В его центре торчал позолоченный шест, и я подумала, что привязывать кинжал к палке и называть всю эту конструкцию трофеем – как-то странно.

Но опытным военным видней!

Что касается Миоль – она сияла. Стояла, выпятив грудь, словно ждала медаль.

Пенелопа, глядя на это, не выдержала:

– Если б она не поскользнулась и не упала в самом начале боя, фиг бы она там стояла.

Сказано было тихо, но кому надо услышали. Даже до Остриса долетело, и…

– Леди Пенелопа, что за выражения? – возмущённо воскликнул он.

И столько искреннего осуждения прозвучало в этом его тоне, что у Пенелопы порозовело лицо.

Зато Миоль было плевать на некоторую нечестность момента, девица ликовала. Мы переглянулись и поразмыслив, решили порадоваться вместе с ней.

Ведь мы всё-таки выполнили задание! Значит мы молодцы? Вернее, умницы?

А когда выяснилось, что мы стали самыми первыми и пока единственными, счастью не было предела…

Зато мужская часть компании, включая всегда доброжелательного магистра Остриса, выглядела хмуро.

После осмотра поляны и извещения о победе, преподаватель повернулся к одному из деревьев и замахал рукой.

Ждать пришлось долго. Но в итоге на поляне появился лорд директор в сопровождении помятой и словно бы смущённой Дорины.

Вот теперь-то я по-настоящему напряглась!

Умом понимала – Эрвин будет недоволен, ждала грома и разрушительных молний.

Однако директор держался гораздо лучше «лояльного» Остриса.

Только уголки губ странно подрагивали, и чувствовалось в этом мимическом элементе что-то не то.

После вчерашней великолепной тренировки хотелось поверить, что воплощённый радуется за нас, возможно даже гордится, но меня внезапно посетила другая мысль, тревожная и удивительно чёткая.

Эрвин улыбается потому, что что-то замыслил! У него появился некий нехороший план!

– Леди! – воскликнул тем временем Эрв, причём на меня даже не взглянул. – Это отличный результат.