Тяжкая ноша Капитолины

Надо как-то разбудить её и отправить… Куда же её отправить? Как вообще уговорить её уйти? Капа повернулась во сне, и плед соскользнул на пол. Игорь присел на корточки и стал разглядывать браслет. Ему показалось, или украшение стало ещё свободнее держаться на руке? Он осторожно поддел его пальцем. В самом деле! Браслет свободно крутился на руке, между ними даже было небольшое расстояние! Мистика какая-то…

Игорь поднял голову и натолкнулся на взгляд широко распахнутых серых глаз Капы.

– Я… – пробормотал он, не зная, куда спрятать глаза.

 – Я… смотрел как твоя рука.

Капитолина села, продолжая недоброжелательно смотреть на Игоря.

– Ты врёшь! – произнесла она хриплым, всё ещё сонным голосом. – Тебя интересует браслет.

Он встал и попытался справиться с чувством чудовищной неловкости.

– Ты… наверное, есть хочешь, – он наконец-то нашёл, что сказать и быстро отвернулся.

Игорь ушёл в спальню, сел на кровать и ощутил как его охватывает злость. Почему он не может просто выгнать её? Она невозможная, противная, наглая… Навязалась на его голову! Он с раздражением схватил трубку гостиничного телефона.

– Будьте добры, завтрак в номер! – рявкнул он. – Да! Неважно. Что-нибудь лёгкое, на ваш вкус…

Он швырнул трубку на место. Не вести же её в таком виде в ресторан! И вообще, не дай Бог, кто-нибудь узнает, что она торчит здесь!

Они так и сидели по разным углам, пока не раздался деликатный стук. Игорь опрометью кинулся к двери, заметив, что Капа насторожённо выглядывает из-за спинки дивана.

Он осторожно приоткрыл створку. Перед ним сияла улыбкой глазастая горничная. Она держалась за ручку изящного сервировочного столика, уставленного приборами, закрытыми начищенными до блеска крышками.

– Спасибо! – буркнул Игорь.

Он протянул руку, затащил столик в номер и быстро закрыл дверь, оставив горничную удивлённо хлопать круглыми глазами.

Игорь поставил столик перед Капитолиной.

– Ешь! – коротко сказал он. – Не буду мешать!

Ухватившись за спинку тяжеленного кресла, Игорь с грохотом протащил его от стола через всю комнату, поставил в углу и, усевшись в него, исподлобья взглянул на Капу.

Она, не обратив ни капли внимания на его демонстрацию, набросилась на еду. Она жадно ела и пила, изредка поправляя рукой растрёпанные волосы. Господи, она что, два дня не ела? Игорь почувствовал, как его сердце, до этого крепко сжатое злостью, тает, словно кусок сливочного масла. Ему снова стало её жалко. Он просто тряпка! Игорь вдруг понял – она не уйдёт.