Путь долга и любви

Зато я решилась спросить:

– А почему вечером? Почему не сейчас?

– Сейчас у меня совещание, – улыбнулся мой будущий муж. – Я сбежал, чтобы встретить тебя.

Радости по этому поводу не испытала, но приличную моменту улыбку изобразила.

– Устраивайся, малышка. Приходи в себя. А мы с Фораном придём, как только освободимся.

– Спасибо, – выдохнула я. И добавила совсем тихо: – Спасибо, дорогой…

В резиденции верилийских монархов я, разумеется, бывала не раз – всё-таки не простая селянка, а дочь первого министра.

Но мысль о том, что теперь мне придётся жить в этих стенах, вызвала лёгкий прилив паники.

Шагая по коридорам и залам, вслед за приставленной ко мне горничной, я мысленно вздыхала и морщилась. Правда, спроси кто – а чем не угодил дворец, ответить бы не сумела. Не знаю. Просто неуютно и всё.

Вот только вырваться отсюда, хоть на время переехать в родовое поместье семьи Бьен не получится. Меня не отпустят, в том числе из соображений безопасности. Я ещё не знаю всей ситуации, но одно ясно наверняка: надеяться на то, что все оппоненты отца уже успокоились – глупо.

Значит, придётся быть очень осторожной и… послушной.

Мы преодолели ещё один лестничный пролёт и оказались в длинном коридоре. Яркие магические светильники под потолком, изящные статуи в нишах, массивные, явно усиленные магией двери. Покои, отведённые мне, располагались примерно посередине.

Горничная – стройная женщина средних лет с печатью усталости на лице – сноровисто отперла дверь и отстранилась, пропуская в небольшую, не слишком уютную гостиную.

Я ощутила лёгкий запах сырости и плесени – видимо, этими комнатами очень давно не пользовались, а готовили покои в явной спешке.

В малюсеньком кабинете, который примыкал к гостиной, посторонних запахов не чувствовалось. В спальне – тоже.

– Как вас зовут? – обратилась я к горничной.

– Моё имя Тильда, – сделав книксен, сообщила та.

– Как давно вы служите во дворце?

– Десять лет, госпожа.

Я не выдала своей тревоги даже взглядом, но ход моих мыслей женщина поняла верно.

– Сейчас всю дворцовую прислугу проверяют менталисты, – потупившись сообщила Тильда. – Я проверку уже прошла, так что…

Я оборвала её речь жестом. Кивнула. Делать вид, будто ни секунды не сомневалась в порядочности горничной, не собиралась. Просто лгать в этой ситуации бессмысленно, и нет ничего удивительного в том, что меня интересует благонадёжность этой женщины.

– Саквояж можете поставить на комод, – сказала я. – И принесите чаю.