НИИ ядерной магии ТОМ 3

Но вы, конечно же, в курсе этого, Игнат Афанасьевич?

Профессор медленно, будто плохо смазанный робот, кивнул.

– Знали, кто я, когда принимали на стажировку?

Вновь ржавый кивок.

– Из-за этот выбрали мою кандидатуру?

Подгорский хмыкнул и, не оборачиваясь, указал большим пальцем на РИТЭГ за его спиной:

– Нет, из-за вашего проекта. Надеялся, что усовершенствуете эти бочки, чтобы я пожил нормально. И всё ещё надеюсь. Наукой здесь не управиться, нужно придумывать что-то волшебное. В чём вы, Фимочка, мастерица.

– Ага, поняла, – девушка в задумчивости прикусила кончик пальца, какое-то время помолчала. – Но есть ещё кое-что.

Роман с Ольгой изумлённо переглядывались и, не сговариваясь, решили в разговор не вклиниваться.

– Про Бологовых вы тоже вспомнили? Про то, что случилось с младшим сыном их?

– Да.

– Я думаю, что то было не просто ужасное стечение обстоятельств, – Фима говорила медленно, обдумывая слова. – Ведь Милица Бологова тоже приняла участие в ритуале, и более того – она была беременна.

– Ребёнок под сердцем всегда даёт дополнительную защиту женщине, – отмахнулся профессор. – Сомневаюсь, что ей был нанесён какой-то вред.

Фима слышала об этом ранее, и у неё было время всё обдумать.

– В момент обряда – безусловно. Но что для духов время? Подождать несколько лет, дотянуть до идеального момента, чтобы принять свою плату. Как вы думаете?

Профессор молчал, устремив на Фиму тяжёлый взгляд. Девушка приняла его молчание и продолжила:

– Четвёртой в том обряде была моя тётушка.

– С чего вы взяли, моя дорогая?

– Это слишком деликатная тема, но я скажу лишь, что тётушка Негомила не может иметь своих детей. Не кажется вам, что прослеживается некоторая связь? Они с Милицей участвовали в спасении погибшего ребёнка, и каждая лишилась детей – рождённого и нерождённых.

– Я сказал бы, что это совпадение, – пробормотал профессор Пригорский, – если бы речь шла не о магии.

– Именно.

– Но позвольте спросить, к чему вы клоните, мисс Арифметика?

– Поправьте меня, если я не права, Игнат Афанасьевич. Вы ведь тоже участвовали в ритуале? Не напрямую, конечно, но… Дали знания из гримуара? Одолжили силу? Что вы сделали вместе с супругой?

Роман напрягся всем телом, недовольный тем, что Фима перешла на тему гибели его матери. Он не хотел это обсуждать, он хотел мстить.