Падение 3. Когда охотник становится жертвой

– Тоже мне новость, – тихонько хмыкает Эрнандес, – весь день об этом по телику твердят.

Кайл понимает, что прошляпил всё на свете. За прошедшие двое суток к телевизору он почти не проходил.

–… разборки между картелями достигли апогея. Это было заказное убийство. Сверху нам обозначили круг подозреваемых в причастности к этому преступлению. Эти люди совершили хамский, наглый акт демонстрации силы на нашей земле. Мы не имеем права оставить его безнаказанным. Мы действуем именем закона, именем конституции, свободы и демократии… – Тони распаляется, совершая свой традиционный акт поднятия подыхающего боевого духа, который больше напоминает акт любви с трупом.

Он щёлкает пультом проектора. На экране появляются фото подозреваемых.

Кайл перестает слышать звуки – на белой доске бледно высвечивается лицо и имя брата. «Оливер Данэм» появляется следом за ним.

Кайл осматривается. На него никто не косится, кроме Фрэнка. Значит, всем либо похрен, либо насрать. О том, что он попал в Академию по программе помощи парням из неблагополучных районов знают не многие, но многие догадываются.

Вряд ли кто-то будет задавать ему вопросы, окружающим проще забить хер и не нарываться – мало ли, какие у него там остались связи. Порой это даже удобно – никто не мешает переваривать услышанное. А переварить есть что. Коулу удавалось одиннадцать лет не влипать в проблемы с законом. Похоже, лимит его удачи исчерпан.

В покое Кайла не оставляет только Фрэнк. Он ловит его в коридоре, отводит в сторонку.

– Кайл, слушай, ты имеешь право не свидетельствовать против близких и всё такое, но если ты с ним общаешься, то, сам понимаешь, лучше ему с повинной явиться. Причастность надо доказать, само собой, ну, а если всё-таки он как-то со всем этим повязан, то срок за явку уменьшат.

В голосе Фрэнка слышны отеческие нотки, хотя откуда бы Кайлу, безотцовщине, знать, что это такое. Фрэнк беспокоится, сочувствует, это очевидно. Он опекает его, как опекал каждого зелёного выпускника, словно птенца, выкинутого из тёплого гнезда.

Кайл всегда был благодарен ему за это, но сейчас это его участие начинает раздражать.

– Он всё-таки твой брат, пусть вы и не контачите. Защита свидетелей может проканать. Дядька моей бывшей жены, он вообще разбоем занимался, отсидел, приличным человеком стал…

– Спасибо, Фрэнк, – Кайл прерывает его. – Правда, спасибо.

Он давит из себя скупую улыбку и спешит дальше по коридору.