Башня Полной Луны

Хоть сто лет прошло, а все помнят, что они учинили в горах! К тому же…

Внезапно он оборвал речь, словно ему пережали горло, и уставился на меня неподвижным взглядом. Так смотрят, когда пытаются вспомнить, где уже видели этого человека раньше… Кажется, в глазах старика мелькнуло узнавание. Но этого быть не может! Я никогда не бывала прежде в этих краях…

Текли секунды, старик все молчал и вглядывался. Что-то мне не понравилось в его молчании. Я заглянула ему в глаза.

И увидела там зубчатую стену цвета высохшей крови.

Время в лавке словно остановилось. Потом старик мигнул, кашлянул и закончил совершенно обычным голосом:

– Одним словом, здесь вам делать нечего. С тоски помрете, алима.

– Здесь – возможно… А там? – Я повела рукой в сторону открытой витрины, где над плоскими крышами и кронами пальм поднималась черная стена гор.

Я сидела за отдельным столиком под полотняным зонтиком возле таверны, а передо мной, еще шкварча, благоухало пряными травами самое знаменитое местное блюдо «рыбьи дети».

Выглядело оно, честно говоря, так, что лучше бы на него и вовсе не смотреть, – как побережье после хорошего шторма. Мальки акул, нашинкованные морские змейки, гребешки, кальмарчики, моллюски, крошечные осьминоги – одним словом, все морские гады, какие только водятся в здешних заливах. Все это пожарено на углях с травами, а поверх блестят крупные кристаллы морской соли и капли лимонного сока. Рядом стоял глиняный кувшин с апельсиновым соком – бесплатный. Апельсинов в Мадинье растет столько, что соком можно улицы мыть – дешевле воды обойдется. Не поселиться ли тут, в самом деле?

Ела я медленно, жмурясь от удовольствия. В следующий раз я так пообедаю в лучшем случае через несколько месяцев. А в худшем и более вероятном – вообще никогда. Закончив, снова вытащила зачитанный до дыр путеводитель. В лавке я так ничего и не купила.

«Живописная старинная дорога, мощенная гранитными плитами, создана в дни расцвета легендарной Илиберры, – прочитала я.

 – Она уводит вас от солнечных пляжей уютной патриархальной Мадиньи в тенистые предгорья, теряясь в таинственных отрогах Мураби…»

Я задумалась, подняв взгляд к горным вершинам, нависавшим над крышами. В каком столетии писали этот путеводитель? Если от этой дороги осталась хоть заросшая тропинка, мне уже повезет…

От раздумий меня отвлек громкий гомон. Я обернулась и с неудовольствием обнаружила поблизости толпу местных жителей.