Маленький викинг

Что толку вычерпывать воду жалкой деревянной бадейкой, если на корабль раз за разом рушатся огромные волны?

Эгиль, стиснув зубы, вновь опрокидывает за борт бадью, повторяя про себя строки воинской песни:

«Для храбрых неприлично

При смерти унывать!»

Он оглядывается на воинов из отцовской дружины. На их лицах – ни тени страха. Сосредоточенно гребут, хоть вымокли насквозь и смертельно устали. Что это? Кто-то смеется?!

Вокруг посветлело – корабль морской птицей взмывает на склон водяной горы. Кажется, его ясеневые бока шевелятся, будто дышат.

Эгиль поднимает голову, расправляет плечи и тоже широко улыбается в ответ гребцам. Ему ли не знать: единственное, чего боится всякий викинг – показать страх? Да и чего бояться? Вот отец, Торвальд, прозванный Трехруким за искусство в бою, сам стоит у рулевого весла, вглядываясь вдаль сквозь ливень. Что бы ни случилось, он не дрогнет.

Мальчик смеется в лицо опасности, как старшие. Ему больше не страшно.

– Остров! – голос ярла заглушает рев бури.

Викинги, славя Одина, с новыми силами налегли на весла, вонзая их в воду, будто копья в свирепого зверя, заставляя нести драккар в едва заметную бухту, зажатую среди торчащих из моря скал.

И вот, когда спасение уже казалось делом решенным, вздыбившийся вал ударил в борт корабля и с силой швырнул его на камни. Раздался оглушительный треск; доски застонали, прогибаясь и ломаясь. Весь корабль содрогнулся. Острые клыки скал вспороли его днище.

– К пролому! – закричал ярл. – Вычерпывайте воду! Следующая волна снимет корабль с камня!

Он с силой налег на рулевое весло.

– Гребите! Гребите что есть силы!

Новая волна приподняла «Погонщика чаек», и в пробоину тут же хлынула вода. Скальд по имени Агнар, грозный воин, поседевший в битвах, схватив щит, бросился к зияющие в борту дыре. Однако едва он зажал щитом рану в деревянном боку морского дракона, следующая волна подбросила корабль, и скальд отлетел в сторону в бурлящем потоке.

Эгиль кинулся ему на помощь. Ангар, оттолкнувшись локтями от мокрых досок, вскочил на ноги. Вместе они вновь навалились на щит, затыкая пробоину.

– Еще совсем немного, – шептал сын ярла, чувствуя, как, набирая воду, все сильнее кренится драккар. Руки и плечи Эгиля гудели; казалось, что вот сейчас вода отбросит его, и больше он не поднимется… Но, стиснув зубы, мальчик продолжал налегать на щит.