Мельница желаний

Третий день, как они отчалили от берега, сразу взяв курс в открытое море, и с тех пор их окружали только волны, да касатки, да косяки рыбы. И плавучие ледяные горы, которым в это время года здесь появляться не положено. Бьярни знал все острова, бухты и проливы великого Гандвика, от единственной незамерзающей гавани Похъёлы до скал Норье и лесистых берегов южной Саксы, но куда они сейчас забрались, не понимал.

И море незнакомое, и всё вокруг неправильно. Вчера целый день упорно дул встречный ветер, гребцы выбивались из сил, а к вечеру море заволокло туманом, и почти сразу всех потянуло в липкий, неодолимый сон.

Слава Одноглазому, выручили туны – полночи пели руны,[1 - Слово «руны» употребляется в тексте в двух значениях. Скандинавские гадательные руны – кусочки дерева или камня с вырезанными на них буквенными символами, а также сами эти символы. И финский омоним «руна» – магическое песнопение.] отгоняя белое марево и не давая никому заснуть. Около полуночи туман наконец разметало ветром – и на небе проглянули незнакомые звезды.

– Туны небось знают, куда плыть, – повторил Бьярни. – Они нас отсюда выведут.

– Ничего, без нас все равно не выберутся, – проворчал Олоф, надсмотрщик за гребцами, садясь рядом и доставая увесистый мешок со снедью. – Ветер-то попутный задул – ух, вовремя! Рабы едва веслами ворочают. До чего же квелый, никудышный народец эти саами, и взять с них нечего. Помню, позапрошлым летом ходили мы…

– У тебя, говорят, ночью несколько гребцов погибло?

– Вроде того.

Кто сидел дальше всех от тунов и тумана нахлебался – уснул и не проснулся. Их так спящими и выбросили за борт. – Олоф оглянулся, понизил голос – А может, сначала кровь выпили, а выкинули уже потом. Не пропадать же добру.

– Хватит повторять рабские выдумки, – с досадой сказал Бьярни.

– Выдумки-то выдумками, однако… Я следил за тем, как бросали спящих гребцов, – у одного точно кровь спустили. Уж поверьте, я разбираюсь. Думаешь, почему туны с собой еды не взяли? – Олоф махнул рукой вниз, где чернели головы гребцов: – Вон она, их пища.

Аке недоверчиво фыркнул.

– Быть того не может! Да я бы никогда к людоедам не нанялся!

Бьярни и Олоф одинаково ухмыльнулись.

– Пусть хоть друг друга жрут, лишь бы нам платили, – сказал надсмотрщик.

Туны недаром набирали наемников только среди морского народа земли Норье. Слухи об отваге и жестокости варгов расходились по всему миру гораздо дальше, чем заплывали их драккары.