Мельница желаний

Косатка выпрыгнула из воды, раскрывая зубастую пасть, – но Рауни уже был в воздухе. Низко, редко взмахивая крыльями, он полетел к берегу. С утеса донеслись далекие вопли восторга. Юные родичи один за другим срывались с края и летели вниз, к нему. Снизу они казались крошечными комочками темных перьев.

Первый, самый маленький, летел чересчур быстро, почти падал. Оперение вспыхнуло на солнце сизым радужным отливом. Тун пронесся мимо него, вошел в волны, как стрела, – почти без всплеска.

Рауни опустился на ближайший торчащий из воды камень и с тревогой обернулся.

Маленький тун долго не выныривал. Плавник косатки промелькнул неподалеку и исчез. Наконец шагах в ста показалась мокрая голова, раздался хохот. Тун взмахивал крыльями, но не мог взлететь. Тогда он широко раскинул на воде пропитанные жиром крылья и поплыл. Рауни узнал сестру и аж зашипел от злости.

– Дура! – заорал он. – Улетай оттуда! Там косатка!

– Я знаю!

Косатка красиво вынырнула гораздо ближе, чем в прошлый раз, и снова ушла в глубину.

Рауни знал их повадки – сейчас нападет снизу.

– Ильма! – пронзительно завопил он. – Улетай!

Мокрая голова пропала под водой. Рауни разразился бранью. Довольно долго поверхность моря оставалась пустой. Наконец прямо рядом с его камнем, кашляя, вынырнула сестрица. Вынырнула и встала на ноги – вода оказалась ей по пояс.

– Вот так бы уйти из-под носа Калмы! – сверкая глазами, заявила она.

Рауни молча ударил ее наотмашь. Сестра отлетела назад и плюхнулась в воду.

Но через мгновение выскочила наружу не хуже косатки, с яростным воплем вцепилась брату в крыло, стащила его в море и принялась радостно топить.

– Мне тоже захотелось ее подразнить, – прохрипела она, когда они оба, измотанные, встопорщенные, нахлебавшиеся воды, выползли на берег. – Почему тебе можно, а мне нельзя?

Рауни закатил глаза. Спорить с сестрицей иногда было просто бесполезно.

– Между прочим, я здесь по делу, – важно сказала сестра, отряхиваясь.

 – Меня послали найти тебя и сказать: тебя срочно зовут к матери.

Наследники влетели в пещеру, завершили превращение[11 - Туны могут управлять превращением и останавливать его на любой стадии. В облике огромной хищной птицы они только летают и охотятся. Обычный и самый удобный для них «домашний» вид – полуптицы-получеловека. Отправляясь в саамские земли за данью или общаясь с людьми по торговым делам, они могут принять и полностью человеческое обличье.