Мой друг бессмертный

 – Чаю хочешь?

Ники, в глубине души уверенная, что «звезды» с ней не станут даже разговаривать, была потрясена. Она взяла стаканчик с чаем и села в уголке, пожирая Рэндома взглядом.

– Ого, какие глазищи, – восхитился Нафаня. – Глянь, Рэндом. Как у лемура.

Рэндом хмуро покосился на девочку.

– Печенья ей дай, – буркнул он. – У меня в сумке, в наружном кармане.

– А на этой гитаре трудно играть? – робко спросила Ники.

– Что, хочешь поиграть? А ты умеешь?

– Нет, – призналась Ники и впала в грусть.

 – У меня и гитары нет.

Нафаня тут же ее пожалел. Он вообще был сострадательный к разным мелким беспомощным существам.

– В принципе, ничего сложного, было бы желание. Я бы тебя поучил. Хочешь, приходи как-нибудь к нам в студию.

– А можно? – затаила дыхание Ники.

– Нафаня! – укоризненно произнес Рэндом.

Нафаня, ничего не ответив, подмигнул Ники, подхватил барабанную палочку и ловко завертел ее в воздухе.

– Ты и на барабанах умеешь? – восхищенно спросила Ники. – Или только тот, толстый?

– Кто тут толстый? – раздался голос в дверях.

Вошел Михалыч. – Это еще что за пигалица тут отирается?

Ники испугалась и съежилась в своем углу. Нафаня радостно захохотал.

– Видишь, до чего ты докатился? Уж если даже фанатки считают тебя толстым, значит, так оно и есть.

– Я не толстый, – возразил Михалыч, – я солидный. У барабанщика должно быть брюхо. Для резонанса.

Ники не удержалась, прыснула от смеха.

– Ты глянь, как она смеется! – воскликнул Нафаня. – Как рулетка в «Брейн-ринге»! А давайте возьмем ее бэк-вокалисткой!

– Нафаня! – простонал Рэндом.

Михалыч добродушно усмехнулся.

– Он согласен! – объявил Нафаня.

Ники сидела, улыбаясь во весь рот, и думала о том, «о она всю жизнь мечтала стать бэк-вокалисткой, и вот, наконец, ее мечта сбывается! Теперь бы еще выяснить, что это такое…

Внезапно Ники очнулась от приятных воспоминаний. Непонятно почему она почувствовала себя неуютно. Ники оглянулась. В автобусе ничего не изменилось.

Люди ехали по своим делам, до нее никому дела не было, но у Ники возникло ощущение, что за ней кто-то следит. Она еще раз, более внимательно, осмотрела салон. В ком-то из пассажиров была какая-то трудно определимая, тревожащая странность. Ники оглядела всех по очереди: пенсионер, двое мальчишек, тетка в шубе, мужичок в ушанке с портфельчиком, «омоновец» в камуфляже и куртке с капюшоном… «А почему он едет в автобусе, надвинув на глаза капюшон? – удивилась Ники.