Заложница олигарха

Боялся, что она пересядет или на другой станции сойдет. Притащили её, связали, а Нелидов из отпуска еще не вернулся.

Несколько дней стремительно превращались в две недели, а то и дольше. Весь лишний персонал распустили, думали, вдвоем справятся. Куда там, строптивая девка попалась. Амазонка деревенская. Ох, не такую Барон ждал пленницу, совсем не такую.

Взгляд её вспомнил перед тем, как за ремень взяться, и снова выпить захотелось. Так, что зубы свело и в животе заурчало. Пить нужно, как в юности, зажмурившись и задержав дыхание.

Лишь бы доставить алкоголь в желудок.

Барон поднял стакан, стряхнул из него последние капли и наполнил заново. На недовольное пыхтение Гены даже оборачиваться не захотел. Перебьется охранник. В своем доме он будет решать сколько пить, кого пытать и как наказывать.

Снова женские руки выплыли белым пятном из черноты. Тонкие, связанные, безжизненные. Ремень красные полосы на спине оставлял, а Барону казалось, это он в себе что-то перечеркивал. Выбивал, вытравливал.

Она дышит хоть? Перестала плакать?

Лишь бы не кричала больше.

Коньяк горло обжег и потек жидким пламенем в желудок. В голове темноты и мути больше не стало. Той, что было, хватало с избытком. От горечи передергивало. Удары ремня свистели в ушах, и хотелось броситься к ней, чтобы пульс проверить. Услышать, дышит или нет? Замерзнет ведь связанная.

– Гена, нужно платье купить, – нарочито ровным тоном распорядился он, морщась от второго глотка коньяка. – Завтра утром поедешь к открытию магазинов.

Поприличнее что-нибудь выбери. Никаких вырезов и мини-юбок. Чтобы здесь под горло и рукава длинные.

Барон показал на себе, размахивая стаканом в воздухе. Одежду уже мысленно представил, но Гене нужно четко задачу поставить, иначе привезет невесть что.

– Размер сорок два, сорок четыре. Рост не знаю. Маленькая она и худая. Белье тоже купи. Какое найдешь, все равно. Что сейчас молодые девушки носят? В бутик зайди, тебе помогут с удовольствием. Второй размер у неё. Может третий.

Персик, грейпфрут – сам разберешься. Обувь. Удобную.

– А её одежда куда делась? – тихо и будто бы не в себе спросил охранник. – Испортилась?

Лампочка в светильнике моргнула. Зашипела и погасла окончательно. Посреди гостиной островком в темноте желтело второе бра над диваном. Темнота сгустилась в углах и медленно поползла к ногам Барона.

– Испортилась, – эхом повторил он и приложился к стакану основательно.

Пил, пока коньяк насквозь не начал прожигать.