Заложница олигарха

Она права, она в себе уверена и ни за что не уступит. Быстрее противнику надоест с ней сражаться, и он махнет рукой: «Делай, как хочешь». От такого у дуры самооценка еще выше поднимается. Она права, она победила. Переорала, передавила и пересидела в позе «мне все должны». Молодец, верит в себя, имеет четкую гражданскую позицию и знает, как добиваться успеха. А что ей сделают? Убьют? Даже руку никто не посмеет поднять, иначе она устроит еще больший скандал и дойдет до Гаагского трибунала. Идиотка. Уничтожать таких – особое удовольствие.

Чтобы в ногах потом валялась и ботинки облизывала.

Барон выдохнул, представив дочь Нелидова на коленях и в собачьем ошейнике. Как она замирает от восторга при виде хозяина. Ползет, осторожно ставя ладони на ковер. Пахнет от неё яблочными духами и красную помаду с губ хочется стереть пальцами. Платье уже другое. Зеленое. И волосы пшеничные. Ольга.

Нет, не то. Все не то. Рассыпался образ, не подошел пленнице. От первого предположения до финала. Ольгу на коленях он так и не увидел, но представлял намного легче, чем Наталью.

Строптивая блондинка вдруг резко поумнела и сдалась раньше, чем дело дошло до крайностей.

Дочь Нелидова он тоже не хотел избивать. До сих пор жалел, что сорвался. Мог потратить время и придумать неприятное или унизительное наказание, но не хвататься за ремень. Грубо вышло и бездумно.

Наталья, в отличие от Ольги, изначально глупой не выглядела. Не упиралась лбом до последнего. Она словно играла, проверяя прочность своей клетки.

Подойдет, потрогает и назад. По сторонам головой крутила, но подаренное платье надела и бумаги молча подписала. Наказывать её не за что, а держать в узде нужно. Иначе не подавленный до конца бунт рано или поздно расцветет пышным цветом.

Барон встал из кресла. Медленно, спокойно и не делая резких движений, но в глазах пленницы зажглась паника. Уже хорошо. Девушка не умела контролировать себя, не хватало отцовской выдержки. Её эмоции были чистыми. Они дразнили и раззадоривали, толкая проверить, как Наталья будет с ними справляться.

– Подойди, – коротко приказал Барон.

Она подчинилась не сразу. Через паузу. Отчего завела еще сильнее. Хозяин дома считал её шаги и смотрел, как ткань платья скользит по ногам. Материал тяжелее, чем хлопок. Гладкий и, наверняка, приятный к обнаженному телу. Колготки пленнице не полагались. Ими при желании можно было задушить охранника. Каблуком ранить, а золотое украшение воткнуть в глаз.