Септаккорд – другой мир

Так вы слышали лишь потому, что я лично этого пожелал, иначе, – Марис развел руки, – вы остались бы в слепом неведение, как земные котята, что тонут по весне в холщовых мешках, задыхаясь от собственного бессилия. – Марсель нахмурился, сжав кулаки, однако не переставал наблюдать за реакцией товарища. Князь, откинув утомленную от тренировки спину, старался сохранять хладнокровие.

– Скажи честно, тебе не хватает молодых послушниц, что готовы отдаться за любой твой снисходительный взгляд во время обучения? Или ты принципиально взялся за Алису лишь из-за собственной несостоятельности? – Марсель заметил, как после слов Князя, Марис переменился в лице, отбросив благо деятельную маску.

– Что вы хотели этим сказать? – он нервно перебирал кружку острыми когтями, создавая неровный ритм.

– Ну, а будто ты сам не догадываешься. Сам посмотри, будучи обычным преподавателем в школе наемников, ты пытаешься прыгнуть выше своей головы, занимаясь алхимией и, как я полагаю, стараешься развить в себе магию.

Об этом прекрасно без слов рассказывает твоя шикарная библиотека, – на полке голубым блеском сверкнуло несколько корешков книг. Марис молчал, переваривая только что сказанное.

– Если бы вам не посчастливилось родиться в семье чистокровных жрецов и от того стать высшим жрецом, – начал он, после минутного молчания, – то я очень сомневаюсь, что к вам было бы так благосклонно общество, закрывая глаза на все ваши выходки.

– Дело не в моем происхождении, – рассмеялся жрец, заразив улыбкой Марселя.

– Так, просветите меня, – взгляд Мариса был направлен одновременно на и сквозь Князя.

– Надеюсь, не против? – не дожидаясь ответа, Князь достал из сумки небольшую металлическую флягу. Пригубив, под шокированное лица преподавателя школы, он передал ее товарищу, который с удовольствием повторил сие действие, занюхивая жгучие ощущение рассыпчатым печеньем, что лежало на блюдце у чашки, – Тебе не предлагаю, как я слышал, не приемлешь подобного рода напитков.

– Предпочитаю сохранять разум светлым, – надменно выпрямившись, он вновь сделал глоток пряного чая.

Прыснув, Князь, с откровенным скептицизмом, окинул физиономию собеседника.

– Как я уже сказал, дело далеко не в моем происхождении. Да, соглашусь, если бы судьба сложилась иначе и Солнечный Бог определил меня в семью противоположной породы, нежели я имею сейчас, мне пришлось бы сложнее добиваться того отношения, что сейчас я имею со стороны многих придворных в нашей империи.