Рабыня для повелителя огненной бури

Будто пришёл сюда специально и теперь… О, сущие боги! Теперь снимал с себя сбрую с оружием, расшнуровывал на руках длинные наручи и, как ни в чём ни бывало, проделывал то же самое со шнуровкой на нательных кожаных латах и тонкой чёрной куртке с коротким рукавом.

И почти всё это время он простоял к Лорелии спиной, показывая тем самым, что совершенно не догадывается о её присутствии, как и не имеет понятия о том, что находился здесь отнюдь не один. И, естественно, Лия так и не рискнула что-либо предпринять со своей стороны, прячась за шумной стеной водопада и наблюдая во все глаза за неторопливыми действиями незнакомца.

Казалось, она даже напрочь забыла абсолютно обо всём на свете. И о времени, и о матушке Йонетте, и о том, что её скоро начнут искать. Да и как ту не забыть, когда прямо перед тобой, всего-то в шести-семи ярдах от твоего местоположения раздевается совершенно незнакомый тебе мужчина. А ты смотришь на него не моргая, боишься лишний раз вздохнуть, пошевелиться или просто подумать.

Смотришь и ждёшь… неизвестно чего!

А он всё раздевается и раздевается. Вот уже снял куртку, обнажив до жути огромный рельефный торс с лоснящейся бронзовой кожей, расписанной завораживающей вязью нательных шрамов на округлых плечиках и большей части спины. Потом взялся за сапоги и дошёл, в конечном счёте, до кожаных штанов.

Тогда-то Лия впервые с большим усилием сглотнула. Ей, конечно, случалось подглядывать и в лесу, и в других, за лесом, местах, за девушками и парнями, которые даже не догадывались, что за ними наблюдают.

И, конечно, она прекрасно знала, как выглядят голые мужчины и чем отличаются от девушек. Но этот… Этот, похоже отличался и от всех мужчин, которых ей приходилось видеть в неглиже или вообще полностью нагими. Но, скорее, эти отличия касались его габаритов – во всех смыслах данного слова. В этом девушка убедилась буквально воочию. Особенно когда он стащил с себя штаны, более мягкие льняные подштанники, оголив мощные мускулистые ягодицы и бёдра, а потом наконец-то развернулся к ней лицом.

Лие тут же резко захотелось уйти под воду. Спрятаться, скрыться, раствориться… Только она так и не сдвинулась с места, продолжая зачарованно наблюдать сквозь экран водопада за этим одновременно и совершенным, и жутко «страшным» чужаком. Но страшным не в том смысле слова. А в том, что он из себя возможно представлял.