Исповедь колдуна. Повесть

Глаза Арсения стали пронзительно синими, они, словно электрический разряд, посылали ему в сознание мысль: «Верь мне!»

Семён молчал в оцепенении. Арсений не стал больше ничего говорить. Он сделал широкий взмах рукой, словно стирая пыль с какого-то огромного экрана. И перед Семёном поплыли кадры черно-белого кино.

Вот их улица, только дома другие. Но он отчетливо видит избушку, что когда-то напротив его дома стояла. Во дворе три солдата с автоматами, приперли к стенке испуганного парня. Кадр меняется.

Крупным планом бледное лицо Арсения. Солдаты что-то кричат, Семён слышит, что по-немецки. Арсения резко разворачивают, толкают в спину, чтобы шел в дом. Арсений падает на колени, кричит: «Нет! Нихт! Нихт!»

Но солдаты хватают его и бросают на приоткрытую дверь, парень беспомощно падает внутрь, трое вваливаются за ним. Опять смена кадра. Солдаты выволакивают на улицу женщину, следом – визжащую девчушку лет пяти. На заднем плане кричит и рыдает Арсений. Один из солдат приставил ему к горлу автомат и кричит: «Зеен! Зеен!» – смотри, значит.

А двое других в это время расправлялись с женщиной и девочкой. Потом несколько автоматных очередей, и все закончилось. Экран погас…

Семён не мог произнести ни слова.

– Да, я выдал им мать и сестру… – отрешенно произнес Арсений. – Мне было шестнадцать. Отец на фронте погиб. Знаешь, а меня ведь оставили жить. Не спрашивай, почему. Сам не знаю. Но это с их стороны было жестоко. Оккупация закончилась, война закончилась.

Жизнь у людей стала налаживаться. Я ведь еще четыре года проболтался здесь, непонятно, зачем. А что потом? Петля, боль, темнота.

– Почему ты пришел ко мне? – хрипло произнес Семён.

– Спасти твою обездоленную душу. И свою заодно…

– Каким образом?

– Не дать тебе сделать то, что я сделал с собой.

– И все? Зачем тебе моя душа?

– Что я, дьявол что ли? – рассердился Арсений. – Мне она совершенно ни к чему. Своя меня больше волнует.

– А если я жить не хочу? Что мне без них здесь делать? Я же убил их, понимаешь! – Семён тоже начал выходить из себя.

– Кажется, я тебе только что показал, кто такие настоящие убийцы. Повторить кино?

– Скажи, что ты от меня хочешь?

– Хочу, чтобы ты прошел свой путь до конца.

– А тебе это зачем?

– Понимаешь, Семён, у меня с Ними уговор. Я спасаю от гибели одну душу, а Они возвращают мне мою.

– Ну, допустим. Допустим, не стану я ничего с собой делать.