Колесо Судьбы

Мы провели на улице всю ночь, опасаясь возобновления землетрясения. Только утром служанки начали потихонечку затаскивать вещи обратно. Я облегченно вздохнула: никто не пострадал. Только туалет и душ сложились карточными домикоми.

Отец почти сразу убежал во дворец. И его не было несколько дней.

На следующий день Мононобе принес печальные вести. Из-за ненастья пострадало много народа за пределами императорского сада. В городе дома жались друг к другу вплотную, и не у всех были слуги, успевшие вывести людей или вынести все ценное.

Сгорели два дома, чудом не подпалив весь город. И несколько человек завалило насмерть.

Во дворце – ушиблась парочка слуг. Все, как обычно. В среднем землетрясения в Ямато происходили один-два раза в год. Удивительно, что мы пять лет прожили спокойно.

– Твое появление благословило Ямато, – сказала няня. Я была с ней совершенно согласна, но невероятно не права.

***

Пояснения:

Ватару Мононобе – шумящий кругом лес.

5. Идеи

Через пару лет мы с Кейджи уже обсуждали, как можно усовершенствовать мельницу.

Лопасти местной мануфактуры работали от воды, но летом речка надолго пересыхала, и муку мололи вручную.

Мне было искренне жаль местных крестьян. Я видела их своими подданными в недалеком будущем и хотела хоть как-то облегчить им жизнь.

Кейджи предлагал использовать большие жернова, запрячь в них огромную корову (вола) – и пусть ходит по кругу, я же предлагала построить дамбу, и помешать уходу воды на летнее время. Кейджи было восемь лет.

Мне – девять. Идея с жерновами тоже была моя, но надо было, чтобы ее преподнес отцу сын. Уверенный в своем авторстве и способный объяснить все нюансы.

Ватару хвалил обе идеи, прекрасно понимая, что выберут инициативу принца.

– Ворот надо сделать из сосны, чтобы под давлением рычаг не сломался, – вдохновенно вещал Кейджи, выводя схематичный чертеж на сероватой ткани. Кончик бамбуковой палочки он прикусывал от волнения, от этого на лице принца оставались черные росчерки.

Кейджи был одет в легкое кимоно, к тому же распахнутое на груди.

Он рос сбитым крепким парнем с неизменной лукавой улыбкой, от которой таяли все подряд. Я не была исключением. Жара стояла жуткая, и мы не парились о своем внешнем виде. Мы были лучшими друзьями. Меня давно перестали наряжать для похода во дворец. Шизука просто не успевала поймать, когда я убегала. У меня родился второй брат, и поведение детей заставляло няньку молится о прекращении размножения рода Кён.