Колесо Судьбы

– Почему ты решил, что именно мой отец это сделал? Может быть, они оборонялись от кого-то? Может, он пытался защитить императора? – пытаясь оправдать отца, даже забыла, что правителя Ямато нельзя именовать иначе как «Великий правящий император».

– Расследовательное управление обыскало руины дворца вместе. Они нашли несколько факелов в нижних галереях. А рана на голове императора по форме точно повторяет рукоятку меча начальника охраны.

Кейджи так и не назвал своего отца по имени.

Слезы не давали поднять голову.

А мозг отказывался думать. Я старалась говорить спокойно, закрыла глаза, но не разжимала руку Кейджи.

Сердце же колотилось неистово. Убийство императора грозит смертью всего клана преступника.

Нас всех просто казнят.

– Что же… делать? Мне… мама?

– Я не знаю, – Кейджи попытался погладить меня по плечу. Но не смог подняться. – Вам придется бежать.

Тут я посмотрела на него, и принц подавился словами.

– Я не позволю опорочить имя отца!

– Амай, пойми, вас не будут слушать.

У твоей матери еще двое детей. Я устрою ваш побег. Куда-нибудь… в Чосон. Там вас не найдут.

– Бред, какой-то. Неужели не будет разбирательства, расследования? Кто ведет это дело?

– Не понимаю тебя. Разбирательство ведется… но вас могут отправить под арест. Сама понимаешь.

– Разве не будет… голосования, виновны мы или нет? – слово «суд» категорически не формировалось в голове.

– Вашу судьбу будет решать Сёгунат. Но они, поверь, будут единогласны. Такое не прощается.

– Мой отец никого не убивал! – выкрикнула я.

 – Это еще надо доказать!

– Тихо. Сегодня вечером вы с матерью выезжаете из города. Я пришлю паланкин. Берите все, что сможете, – для двенадцатилетнего подростка Кейджи мыслил слишком решительно. Он был намерен спасти нас. И за это я была благодарна.

– Я рада иметь такого друга, как ты.

– Я счастлив, иметь такую сестру, – шепнул он в ответ. – Истинного пути.

***

Домой я вернулась к обеду. Поговорила с матерью. Попыталась убедить ее, что времени на слезы нет.

Но она не могла остановиться. Пришлось взять сборы на себя.

Братья помогали, как могли. Шизука запаковала тюки и решительно отказывалась с нами расставаться. Остальных слуг мы отправили по домам.

Рассчитавшись с последней служанкой, я поняла, что денег у нас не так уж и много. И на новом месте будет нелегко.

И тут я увидела отца. Он стоял прямо передо мной:

– Я убил минимум троих прежде, чем меня зарубили. Одному я отрубил руку.