Юра

Можно было делать это в уме и не записывать, учителю сообщать лишь ответ. Позднее неплохо ему давалась физика и химия, но по математике он определённо был лучшим учеником в своей параллели. Почти все остальные предметы, особенно русский, литература, география, история, не давались Юре. Он не мог читать книги страница за страницей, не понимал зачем объяснять на уроке характер героев повестей, не мог выучить стихотворение. Каждый год его неуспехи были причиной собрания учителей чтобы оставить Юру на второй год, на повторное обучение.

Однако здесь на стороне мальчика оказывались два важных обстоятельства. Первое – именно математичка была завучем школы и принимала решение об отчислении или «втором годе». А математичка считала Юру талантом. Он не готовясь мог решить любое задание у доски. Решал задания из учебников старших классов. Он не видел разницы в сложности заданий, все цифры были для него одинаково понятны. Латинские буквы в математике он не понимал, но переназывал их по-своему, вроде «крест» и «вилка», вместо икс и игрек, и так справлялся. Второй козырь также включала математичка. Когда все остальные учителя начинали объяснять, что Ильичёва нельзя перевести в следующий класс, завуч приглашала Юру в кабинет ко всем собравшимся и начинала такую беседу.

– Юра, скажи, пожалуйста, почему ты ничего не читаешь по программе литературы?

– У меня дома нет никаких книг, Вера Николаевна, – смущённый рослый мальчик стоял в центре учительской, – дед их порвал на папиросы, а новые мама не покупает.

– Юра, а почему ты не ходишь после уроков в школьную библиотеку? Там есть все необходимые книги.

– После школы мне нужно бежать к тётке обедать. Она не любит, когда я опаздываю. Я бегу до Центральной очень быстро, обедаю и потом уже возвращаюсь домой.

– А почему ты дома не обедаешь? – встревала какая-нибудь новенькая учительница.

– Дома мне дают только ужин. Завтракаю я в школе как малоимущий. Тётя Лена-буфетчица, раньше работала с моей мамой на фабрике, она мне даёт всегда двойную порцию и полдник в двенадцать.

Обедаю я у тётки. Ужинаю с дедом-ветераном. Он мне своё отдаёт.

– Про тётю Лену это мы проясним, Юра, – перебивала завуч, – скажи нам почему вечерами не получается заниматься дома?

– Потому что мы рано выключаем свет. К соседям ходят вечером собутыльники из тюрьмы и часто путают окна. Могут в наше постучать или разбить, если свет горит и никто дверь не открывает. Стекла дорогие, мать выключает свет.