Биография smerti

Цельный.

Цельный… С ума сойти! Явно какой-то хлыщ.

Но больше Юленька, как ни пытал, не рассказала ничего. Беркут же серьезно забеспокоился. Потому что одно дело туповатый бык на «мерсе» с деньгами – он явление временное, не конкурент. И совсем другое – какой-то дедок, который разными струнами мозги ей пудрит.

– Смотри, Юлька, – на всякий случай остерег Беркут, – цельные-то только того и ждут, как бы в постель прыгнуть. А потом – ариведерчи.

– Да что б ты понимал! – разозлилась она. – У нас с ним полная гармония! А о постели и речи нет!

Ох, как грамотно ее обрабатывают…

Только бы не влюбилась! Потому что любовь, да еще ко взрослому балаболу, ее убьет.

Это Беркут своим безошибочным чутьем хищника ощущал.

И не зря боялся: чутье не подвело.

Юля, его богиня, была мертва.

Таня

Уснула она в итоге только в два, когда водрузила на ухо подушку. И проснулась к семи утра, к завтраку, сильно не в духе.

За ночь комната – окна так и остались открыты – напиталась горной сыростью. Таня, пока дошлепала до ванной, успела замерзнуть до костей.

Еще и горячая вода – о, приближенная к природе горская жизнь! – пошла не сразу.

Впрочем, сейчас ее раздражало буквально все: и роскошная, но совершенно чужая ванная, и собственное усталое лицо, отразившееся в намытом до блеска зеркале, а пуще всего – дурацкие правила, принятые в особняке. Кофе в комнату не подают – ладно, не баре, сами дойдем до кухни, но почему нужно обязательно являться к общему столу, да еще в несусветную рань?! С каким бы удовольствием она подремала хотя бы до десяти…

Тем более что сама хозяйка к завтраку не вышла.

Зачем тогда трепаться о «незыблемости местных порядков»?

Муж к столу тоже не появился. И сын своим присутствием опять не почтил (да существует ли он вообще, этот наследник империи?!). И Антона Шахова не было. А экономка Фаина скорбно сообщила Татьяне, что на ногах уже с пяти утра и позавтракала давным-давно.

Вот и пришлось сидеть за огромным столом в компании с одной лишь хозяйкиной секретаршей, Нелли.

И та, кажется, не выспалась. По крайней мере, пребывала в самом неласковом расположении духа. Встретила Садовникову неулыбчиво, вместо приветствия буркнула что-то нечленораздельное. Уж не она ли, подумала Таня, ночью разгуливала по дому – в пеньюаре и со свечой в руке? А что, фигура вроде похожа…

И Садовникова, не чинясь, поинтересовалась:

– Нелли, это не ты сегодня ночью по особняку бродила?

Хозяйкина секретарша отреагировала странно.