Брат ответит

И кивнул матери:

– Дай пластырь.

Ловко заклеил ранку. Снова повторил:

– Не смей больше трогать.

Однако Ярик сорвал пластырь и ковырнул царапину с такой силой, что кровь струей брызнула.

А вот это уже бунт.

– Я предупреждала, – проскрипела матушка, – время придет – он и тебя перестанет слушаться.

Применить конкретную силу – дать пощечину, прижать брата к стене и снова заклеить рану – ничего не стоило. Но Федор решил попробовать договориться. Перестал нападать и спросил участливо:

– Проблемы, бро?

– Бро… – повторил Ярик.

– С девушкой поругался? – подмигнул Федор.

Он прекрасно знал, что девушки – как и любые другие люди, кроме самого себя – брата не интересовали.

Зря он на человеческие разговоры время теряет. Сейчас Ярик бесконечно заладит, как всегда бывало с новым для него словом: «Бро, бро, бро…»

Но тот вдруг сказал:

– Оля.

– Как? – Федя от неожиданности даже отпрянул.

А Ярик снова вцепился в царапину, начал драть ее, раскачиваться, забубнил:

– Оля-ля-ля-ля-ля…

– Все.

Хватит! – рявкнул Федор.

В который уже по счету раз заклеил рану. Слегка врезал брату под подбородок:

– Сдерешь пластырь – прибью. Понял?

Непедагогично, в Центре не одобряли, но действовало.

Ярик членовредительство прекратил, но про неведомую Олю твердил весь завтрак и потом, когда Федя вел его на занятия.

– Да кто она такая? Тоже в ваш Центр ходит? Или училка? – пытался выведать старший брат.

Но добился только надсадного вопля:

– Ушла от меня!

Федор усмехнулся.

Надо ему задержаться в Центре. Поболтать с Ксюшей, понаблюдать. А то вечно в спешке: привел, забрал – и бежать. Может, американские и прочие мировые методики, что активно практиковали педагоги-новаторы, возымели действие? И отрешенный от мира брат вскоре окончательно превратится в нормального? Влюбится, женится, нарожает детей, научится петь им колыбельные песни? А то и в кино снимется?

– Ярославушка наш пришел! – привычно обрадовалась администратор.

Ярик всегда махал старшему рукой, но сегодня не попрощался.

Сразу двинул в общий зал, полный самых разнообразных предметов. Пазлы, мягкие мячи, кубики, матрешки, яркие карточки. Федя каждый раз удивлялся, насколько увлеченно с этой белибердой возятся взрослые на вид люди.

Он проводил брата взглядом и спросил у Ксюши:

– А Оля – это кто?

Та округлила глаза:

– Вам Ярик про нее сказал?

– Угу, – кивнул Федор.

– Прямо имя назвал? Потрясающе! – восхитилась.