Дар экстрасенса (сборник)

И когда он подумал об этом, полутемный зал показался ему еще темнее. Стены будто приблизились, потолок начал опускаться прямо на него. Данилов вскочил и бросился вон.

Толпа бесновалась и подпрыгивала, вздымая вверх руки. «Рамам-ба хара мам-бу-ру!» – хрипел со сцены Покровский. Зал хором подпевал. Одна из танцорш, словно в экстазе, трясла головой.

Данилов осмотрел все закутки клуба. За барной стойкой сидели совсем чужие люди. В единственном туалете, одновременно и мужском и женском, никого не было. «Да что я творю?» – с досадой подумал Данилов.

Но он все-таки сбежал по ступенькам вниз. У раздевалки тусовались посторонние личности. Юный гардеробщик читал Гессе.

– Скажи, – нетерпеливо постучал по стойке Данилов. Юноша поднял от книги затуманенный взор. – Тут не одевалась такая девушка – восточная, в шальварах и парандже? – Сердце его замерло в ожидании ответа.

– Одевалась, – равнодушно кивнул гардеробщик.

– Давно?!

– Да с полчаса назад.

Данилов бросился к шкафоподобным охранникам у входа.

Задал тот же вопрос. Затаив дыхание, ждал ответа, уже зная его.

– Ушла, – безразлично подтвердил охранник.

– Куда? С кем?

– Ну, это уж я не знаю, – насмешливо бросил шкафообразный.

«Может, она ждет меня на улице?» – мелькнула у Данилова безумная мысль. Он выскочил наружу. Конечно, ее там не было. Холодная, пустынная ночь, люминесцентные огни – и больше никого.

– Боже! Черт! Фак! Шит! Гадство! – проорал Данилов и, словно обиженный маленький мальчик, затопал ногами.

Возвращаться в клуб казалось немыслимым. Ночь, танцы, карнавал, суббота – все это потеряло для него всяческое значение. Он пнул банку из-под спрайта – ее звук далеко разнесся по спящей Москве – и направился к своему автомобилю. Уже заведя мотор, он вспомнил, что забыл на столике свою призовую бутылку шампанского. «Ну и бог с ней! – злобно подумал Данилов, выруливая от тротуара. – Пусть Пират пьет!»

…Как ни странно, белый свет следующего дня вовсе не успокоил Данилова.

То, что случилось вчера, не представлялось ему ничего не значащей тенью, как он втайне надеялся и как вспоминаются иногда ночные приключения. Он по-прежнему словно чувствовал в руках талию незнакомки. Ее грациозные движения плыли перед его глазами. Его губы ощущали ее поцелуй, казалось, еще ярче и мучительней, чем ночью.

Новая мысль пришла Данилову в голову. Не успев толком выпить кофе, он бросился из своей холостяцки запущенной квартирки обратно в клуб.