Иней

Я чувствую вкус свежей зелени, и грецких орехов.

Расстёгиваю его пиджак, затем пуговицы на рубашке. Он обхватывает пальцами мои соски и поглаживает их, но я ощущаю лишь лёгкую щекотку, и никакого давления, будто он не сжимает их, а лишь проводит по ним подушечками пальцев. Его движения всегда так ласковы. Я каждый раз возбуждаюсь, я жду, что сейчас мне вдруг станет очень хорошо, но… И сейчас я очень возбуждена. Только мне так хочется немного больше силы от него. Я обхватываю его руки своими ладонями, сжимаю пальцы так, чтобы они больше сдавили мою грудь, но стоит мне отпустить его, как он ослабляет нажим, и гладит меня как прежде – нежно и ласково.

Я расстёгиваю его ремень на брюках, он помогает мне раздеть себя догола, остаётся только в носках. Обычно я ложусь на кровать и позволяю ему ласкать меня прежде, чем он войдёт. Но сегодня так хочется, чтобы всё было не как обычно. Чтобы было по-другому.

Я опускаюсь на колени. Сажусь попой на пятки. Обхватываю его ногу за щиколотку и тяну вверх.

– Что ты делаешь? – шепчет он.

– Я хочу снять с тебя носки.

– Я сам… я сейчас сниму – он наклоняется.

– Нет, – твёрдо говорю я. – Я всё сама сделаю.

Он поддаётся моим рукам, я ставлю его ступню к себе на коленку, запускаю пальцы между тканью и его ногой, и стягиваю носок. Глажу его пальцы. Я чувствую, как он подрагивает от моих прикосновений, и тянет ногу назад. Я позволяю ему поставить ступню на пол, потом освобождаю его вторую ногу от носка. Он тянет ко мне руки и хочет поднять, но я убираю их.

– Нет, я хочу взять твой член в рот.

Никита молчит. Я знаю, что он хочет возразить мне, но не осмеливается. Он не любит, когда ему делают минет. Он считает, что это унижает женщину.

Я поднимаю попу с пяток, тянусь вверх, к его члену. Осторожно обхватываю его рукой, провожу большим пальцем по головке – она такая чувствительная. Я ощущаю, как Никита подрагивает от моих прикосновений всем телом. Мне хочется, чтобы она стала блестящей от влаги, хочется облизать её, намочить слюной так, чтобы жидкость стекала по всему его члену струйкой, сверху вниз, щекотала его яички, и чтобы капля упала на паркет шумно в этой пустой комнате.

Я хочу взять его член в рот тихо, водить по нему губами и языком неслышно, будто в квартире есть кто-то ещё, и он не должен ничего узнать. Я выталкиваю кончик языка, напрягаю его, и дотрагиваюсь до самого кончика головки. Никита так сосредоточен на моих движениях, что всё его тело вытягивается, твердеет.