Дата собственной смерти

Инков договорить не дал – оборвал его:

– Да ни на что я не надеялся!

Ходасевич не обратил внимания на его тон, сказал задумчиво:

– А вот мне завещать особенно и нечего, богатств не нажил: однокомнатная квартирка да коллекция видеокассет. Квартирку – отдам падчерице. А кассеты – завещал другу.

Инков продолжал смотреть в пол, но в его глазах что-то дрогнуло.

– У Бориса Андреевича были друзья? – осторожно спросил Ходасевич.

– Знаете, как Дюма писал в «Графе Монте-Кристо»? – вдруг усмехнулся Инков.

– Хорошо. – Валерий Петрович решил зайти с другой стороны. – Как называлась ваша должность в фирме Конышева?

Инков поморщился:

– Заместитель директора.

– По каким вопросам? – подтолкнул Ходасевич.

– По общим, – неохотно ответил Инков.

– А другие замы у Конышева были?

– Нет, – поспешно ответил Инков.

– То есть политику фирмы вы с Борисом Андреевичем определяли единолично, – продолжал наседать Ходасевич.

– Еще Вероника была… – неохотно буркнул Инков.

– Это кто? – быстро спросил Ходасевич.

– Антипова Вероника Львовна, – вздохнул зам Конышева. – Главный бухгалтер «Древэкспорта».

– Ее координаты можете мне подсказать?

Инков с готовностью полез в карман, вынул визитницу – дрянную, из кожзаменителя, – и протянул полковнику карточку:

– Вот. Тут все ее телефоны. Рабочий, домашний, мобильный.

– Я возьму? – просьба Валерия Петровича прозвучала как приказ.

– Берите, – вздохнул Инков.

В его глазах читалось: берите что угодно, только оставьте меня в покое.

– Знаете, Валерий Петрович, – вдруг произнес он. – Я что-то себя неважно чувствую… – Инков поднялся. – Вы позволите?..

– Хотите уехать? – сочувственно спросил полковник.

– Хотел бы, – вздохнул Инков. – Только я, увы, человек маленький и шофера у меня нет. А выпил я изрядно. Пойду, пожалуй, в свою комнату. Переночую здесь, а завтра уж поеду. Можно?

Полковник удивленно взглянул на Инкова – странно было, что солидный и совсем немолодой человек просит у него позволения.

– Конечно, идите, – кивнул Ходасевич.

– Спасибо, – пробормотал Инков и пошаркал к выходу из комнаты.

Полковник проводил взглядом жалкую, согбенную фигурку – и вдруг подумал: «А ты, дядя, не так уж и прост».

* * *

Наташа

Хотя Наташа и делала вид, что на отцовское завещание ей наплевать, а все равно нервничала.