Идеалистка

Поблагодарила и направилась прямиком в банк, потом в университет на зачёт, после этого в деканат с выпиской из банка. Настроение было радостно приподнятое, а на выходе меня ждал сюрприз в лице брата. Пашка начал с вопроса, где я провела ночь. Пришлось объясняться. Тогда же я высказала ему все претензии по поведению его друзей. Мне казалось, что он всё понял, но не принял. Прошёл май. У меня сессия и переход на пятый курс, у него защита 11 числа. Получив диплом четырнадцатого июня, он пропал на сутки, но догадался мне позвонить, позже компания прочно «осела» в нашей квартире.

В воскресенье меня «нашла» работа, и я не могла отказать своему кредитору. Весь понедельник я просидела за переводом и была свободна после двадцати трёх. Приехала на такси. Не беспокоя ни кого, прошла к себе, но кому-то не спалось, а результат у меня на лице».

Глава 2

Ксения поднялась, сделала нехитрую зарядку и направилась в душ. Стоя, под тёплыми струями воды, она думала о том, что её ждёт в милиции. Слова брата о том, что Стас сын прокурора не внушали надежды на его наказание.

Приняв душ, она прошла на кухню, где чистым был только обеденный стол, и включила чайник. Сделав себе бутерброд и кофе, прошла в свою комнату, не думая убирать там. «Это теперь проблема брата». Есть было неудобно. Разбитая губа была болезненна, хотя и выглядела почти целой, а вот нос немного припух, и под глазом был небольшой синяк. «Красавица писаная», – сказала Ксения вслух своему отражению в зеркале. Переодевшись, перекинула сумку через плечо и пошла в отделение милиции.

– Ксения Сергеевна, с вами хотят поговорить.

– О чём?

– О ночном происшествии. Здесь отец Стаса Морозова.

– И чего хочет от меня прокурор?

– Вы девушка умная и сделаете правильный выбор, – сказал вчерашний следователь и вышел из кабинета, а в кабинет вошёл солидный мужчина лет пятидесяти.

– Ксения, я не застал вас дома, но говорил с вашим братом. Вы летите в Англию?

– Да. В пятницу вечером. Думаю, моя неземная красота к тому времени станет не так заметна.

Вы хотите извиниться за сына?

– Я пришёл просить о снисхождении. На кону не только судьба сына, но и моя карьера. Я понимаю, что всё это мерзко и подло, только тюрьма не всегда оставляет после себя человеческий облик. В том, что он перешёл черту есть и моя вина. Излишняя любовь, отсутствие внимания и контроля сделали своё дело, – он тяжело вздохнул, шагая от стены к стене, и Ксения почему-то поверила в его искренность. – Парень вырос эгоистом.