Моя крепость

Из кабинета Макс выполз только спустя три часа и сразу направился в комнату, памятуя, что в это время Иван в бассейне, а значит, Макс может спокойно принять душ.

В столовой с началом новой недели народу прибавилось. В очереди его поймала Ириска и потащила за общий стол, где между «твиксиками» сидел непривычно хмурый Игорь.

– Что ты тих, как день ненастный? Опечалился чему? – Ириска состроила грустную мордашку и шуточно кинула в Игоря кусочек хлеба, когда тот не отреагировал на ее реплику.

Тот поднял на нее глаза и вздохнул.

– Андрюша вернулся. – он помолчал с минуту, а когда все уже потеряли интерес, добавил, – И остался в городе.

Глава 3

Прошла неделя, а Макс так и не встретил того самого «Громобоя», но его незримое присутствие, казалось, ощущала даже природа. Весь интернат притих – прекратились мелкие стычки, стало больше одиночек, которые обычно прятались в библиотеке, в своих комнатах или в дальних уголках территории. Всю неделю шли дожди.

Тем временем в еще не полном составе команды явно чувствовалась перемена расстановки сил. Макс, в первую неделю решивший, что Иван является не просто капитаном, а действительным лидером команды, похоже ошибся. Тот углубился в просмотры матчей и приступил к тренировкам. Игорь растерял весь свой запал на генерацию уменьшительно-ласкательных прозвищ для всех и вся и лишь вяло огрызался на рыжих двойняшек. Ириска же сдерживала всех вместе, чуть ли не силком тащила двойняшек и Игоря за Иваном на тренировки и старалась не выпускать из вида Макса.

Макс в свою очередь упорно сливался от этой компании в зал или в библиотеку. Страсть, с которой Иван смотрел матчи и рассуждал над стратегией игры, начинала потихоньку затягивать и его. Он все чаще замечал себя всматривающимся в матчи и прислушивающимся к Ивану.

Флорбол считался относительно безопасным видом спорта, но только не в смешанной лиге, куда относились сборные интернатов, детских домов и колоний.

Все это было в большей степени неофициально и финансировалось черт знает кем. В смешанной лиге в команды могли входить и девушки, и парни, допускались толчки и захваты, удары мячом в корпус соперника. Все, чтобы сделать игру более зрелищной для специфического зрителя.

Макс отчаянно желал вырваться из того мира, в котором ему не повезло родиться. Он задыхался в жестокости, окружавшей его с детства, но в итоге стал от нее зависим.