Моя крепость

Он прихватил яблоко, незаметно вышел из бокса и направился под свое излюбленное дерево.

Привалившись к стволу, он закурил. Придавала ли смерть сил на самом деле? Он вспомнил свои панические атаки и кошмары. Едва ли. Смерть просто тебя меняет. Смерть в мультиках, конечно, совершенно другая. Но для детей сойдет. Смерть в реальности – грязное, дурно пахнущее событие, которое изматывает труп и его близких еще долго после.

Макс размышлял довольно долго, солнце успело коснуться горизонта. От насыщенного дня его уже начало клонить в сон.

Иван только вышел из душа, когда Макс жадно опустошил стакан воды.

– Если завтра проспишь, я тебя будить не буду. – Иван обтирал полотенцем волосы. И Макс вдруг вспомнил реплику Игоря за завтраком. Ему стало неожиданно интересно.

– Что Игорь имел в виду под «твоими расценками»?

Иван повесил полотенце на шею и ухватился за его концы руками. Он пробежался глазами по всему телу Макса, будто оценивая что-то.

– Это шутка на тему причины моего пребывания здесь.

 – ответ очень расплывчатый. Макс чуть наклонил голову и приподнял брови, бессловесно спрашивая подробности. Иван вздохнул, – Проституция.

Макс тупо уставился на Ивана. Он ждал, что тот засмеется, но Иван пихнул руки в карманы домашних шорт и несколько виновато пожал плечами.

– Ты… сутенер?

Теперь Иван тупо пялился на Макса. Пауза затянулась. Иван пожевал нижнюю губу, а потом как-то чересчур бодро ответил.

– Ага!

Иван молниеносно исчез в спальне. Действительно для сутенера Иван слишком ухоженный.

А вот для проститута – самое то. Макс подумал, что за каждым из команды стоит куда более интересная история, чем он предполагал.

Глава 6.

Утро встретило Макса неподъемным свинцом в ногах. Ожидаемо – полноценных тренировок у него не было уже несколько месяцев, а вчера он намотал не один десяток километров и выложился на полную. Макс медленно спустил ноги с кровати. Солнце только поднималось, но его лучи уже прогрели полоску на полу.

Иван еще сладко похрапывал, свесив одну руку с кровати.

Макс тихо прошел в душ. Вчерашние ушибы дали о себе знать, как только он начал стаскивать с себя футболку. От сгиба шеи к суставу и дальше по руке расплылись бордовые, синие и фиолетовые пятна. Макс улыбнулся. Он ткнул в самое красочное пятно и шикнул, но от этого улыбнулся еще шире. Он чувствует. Он жив.

Но улыбка мгновенно померкла, когда он немного повернулся – чертова татуировка все еще была там, на правой лопатке.