Красивые, дерзкие, злые

Две недели назад газета наконец вышла и обеспечила девушке бешеную ненависть со стороны одноклассниц, прочих актрис народного театра, да и всего женского населения Бараблина.

Дядька, сидевший за директорским столом, при виде Алисы довольно ощерился. Разгладил руками газету с фото и отложил ее в сторону.

– Значит, вот ты какая, Алиса Меклешова. Хороша, хороша. Вживую еще лучше будешь, чем на фото. Высокая, грудастая, глаз горит. Молодец.

Алиса ничем не ответила на своеобразный комплимент мужика, только плечиком дернула.

А его глаза загорелись сальненьким блеском. Он подался через стол вперед.

– Хочешь поехать в область? И заработать много денег?

– Ну, положим, хочу.

– Тогда…

Краснорожий сделал внушительную паузу, а потом выдвинулся на своем стуле из-за директорского стола, и Алиса увидела неожиданное. Брюки начальственного мужика были расстегнуты, и из них вздымался огромный красный член.

Алиса в негодовании вскочила. Завалился ее стул.

И тут в директорский кабинет вошли трое.

Впереди – молодой красавец с длинными волосами. От него пахло столицей и большими деньгами – Алиса непонятно как, но сразу это определила. Чуть сзади шествовал мужчина самого раздолбайского вида в мятой водолазке. Он тоже был явно сделан из московского теста. Следом семенила их директриса, которая раболепствовала и перед первым, и перед вторым, и даже перед тем извращенцем, что сидел в ее кресле. Всем своим видом она демонстрировала, что для нее эти гости – круче, чем самое крутое начальство.

Извращенец поспешно укатился на стуле за стол и судорожно попытался привести в порядок свое хозяйство.

Первый из вошедших, явно богатый красавчик, внимательно осмотрел Алису – с головы до ног, как цыган осматривает лошадь. И, кажется, его даже не смутили ее старые туфли и аккуратно заштопанные на щиколотке колготки.

Потом он тихо скомандовал толстяку в директорском кресле:

– А ну, брысь отсюда!

И того как ветром сдуло: поспешно вскочил и бочком-бочком протиснулся в дверь кабинета, только его и видели.

– Я этого гада сегодня вечером расстреляю, – негромко сказал красавчик, и такая сила прозвучала в его словах, что Алисе показалось: а может, и вправду расстреляет?

Она неуверенно улыбнулась.

– Хорошая улыбка, – заметил длинноволосый, адресуясь к своему спутнику, раздолбаю в водолазке.

– Настоящая русская красота, – вполголоса заметил тот.