Сбитый автофокус

В анкете следовало перечислить любимые книги, фильмы, музыку, любимый цвет, животное и число, а ещё ответить на вопросы типа «кем ты станешь, когда вырастешь». Ответы Саши на одни и те же вопросы варьировались, и только одна графа была неизменна: «Твоё самое счастливое воспоминание? День, когда мы всей семьёй встречали маму и Лёку из роддома».

Ведь невозможно долго злиться на того, кто подарил тебе – нет, не жизнь, она-то как раз штука спорная, – а самого близкого на свете человека. Сестру, то есть. Любимого лягушонка.

Сашино последнее воспоминание из общаги – папа с мамой собрали все вещи и погрузили в Газельку. Они ведут дочку за руки к выходу, Саша глотает слёзы.

– Ну чего ты хнычешь?

– А почему мы уходим? Нас выгоняют?

– Да. Мы с мамой стали слишком старые.

– И как же мы будем жить?

– Да что-нибудь придумаем.

Тогда «как жить», вроде бы, придумали. Но до сих пор кажется, что не вполне удачно, что можно было что-то подкрутить, дофантазировать и жить всё-таки как-то иначе.

Родненький

В первом классе Саша написала сказку про куриц, а Саня долго смеялась. В шестом классе Саша сочиняла стихи про смерть и несчастную любовь, а Саня говорила, что они гениальны. В старших классах Саша взялась за рассказы, и Саня восхищалась их изяществом. Так Саша поняла, что хочет писать. И она пишет:

«Саша была влюблена в свою школьную подругу Саню, называла её родственной душой. Толстая и тонкая, они представляли собой комичную пару однояйцевых близнецов.

Девчонки держались за руки на переменах и обменивались записочками на уроках. Однажды на биологии одна другой написала «иногда мне кажется, что мы» – дальше толстый прочерк розовым маркером. И точка. Потом они сожгли ту записку, развеяв пепел по ветру.

Их фамилии начинались на «Со» и кончались на «-ова». Сова – тотемное животное Саниной матери, директрисы школы, и логотип её гимназии. Она создала свой либеральный розарий специально для Сани, и дочь, повинуясь долгу, зубрила даты и формулы под её любящим взглядом от первого до последнего звонка.

Директор боготворила Саню, крупицы обожания перепадали и лучшей подруге. Частенько она проводила дни у одноклассницы: за чаем с брусничным вареньем и коричными булочками, за просмотром фильмов из серии «Другое кино»: Кар-Вай, Джармуш, Линч… Они вели бесконечные философские беседы, особенно по ночам, когда время становится тягучим, а мысли цепляются друг за друга по логике сна.