Крылатые качели

С зажатой на локтевом сгибе ваткой я снова очутился в постели.

Откуда-то прибежал радостный Юрочка и пнул кровать Циркуля.

– Патьку долзен, помнись?

Циркуль стащил с головы одеяло и щурясь как птенец уставился на него. Наконец басом выдавил:

– Кому должен, всем прощаю! Отдыхай!– и замотался в одеяло снова.

– Я те дам, просяю! – не удивился Юрочка и, повернувшись, пнул кровать Губошлепа. Тот не отозвался. Юрочка подошел ко мне и в очередной раз пригласил “куить”. Я решил призвать его логическое мышление:

– Туалет же закрыли.

Юрочка махнул рукой и забрался на свою кровать. Обстоятельства непредолимой силы, оказывается, могли подействовать на его всепоглощающую привычку.

Медсестра с коридора укоряюще закричала:

– Я-то думаю, почему в надзорке так тихо, а это Юрочка опять в шестую бегал! Тебя опять привязывать что ли?

– Не надо, Петъовна! – в ответ прокричал Юрочка, но было видно, что он не особо верит в возможность “привязывания”.

Я заметил, что уже второй раз здесь слышу про эту непонятную процедуру.

Куда привязывать то? Никаких приспособлений для этого не было видно, ни колец в стенах, ни крюков. В самом деле, не при Средневековье живем.

Хотя все может быть… По крайней мере, в смирительных рубашках я пока никого не видел. Может, они эти рубашки имеют в виду? В кино про психбольницы я видел такие рубашки, и вообще думал, что в палатах для “буйных” резиновые стены. Надзорка как раз вроде для буйных, а стены как в коридоре и столовой-штукатурка, до человеческого роста крашеная в зеленый цвет, и никакого намека на резину.

Вообще все как в обыкновенной больнице, только в палатах нет дверей. Двери только у туалета, умывалки, буфета, процедурной и еще каких-то помещений. Все с замками. Еще три двери, ведущие из отделения: одна напротив столовой, в комнату охраны, еще две сбоку от поста, где заходит смена. Одна из них с широким стеклом-та, что скрывает “передачи”. Вторая непонятно от чего, но не крашеная как все двери в поблекший желтый, а покрытая коричневым дерматином.

Я мысленно повторил все, что запомнил в этом скудном ландшафте. Пригодится. Когда бывал в лесу, старался запоминать ориентиры, как наставлял нас учитель физкультуры Олег Владимирович. Он почему то все время говорил о том, что надо готовиться к какой-то войне и в том числе ему необходимо было зачем то научить нас “ориентироваться на местности”. Научил.