Сингл

– Договорились.

Он подозвал официанта.

– Пожалуйста, сет филе-миньон, Medium Rare, зеленая фасоль, красное вино. А вам я рекомендую дамский вариант того же самого, вот этот. Порция немного меньше. Годится?

– Да.

– И бокал красного девушке, такого же, как мне.

– Гарнир, хлеб?

– Нет, этого достаточно.

– Хорошо, – официант удалился.

– Часто здесь бываете? Ведете себя как завсегдатай.

– Да нет, не то чтобы. Иногда. Точнее, изредка.

– Ясно… Схожу руки помыть.

– Давайте.

Когда она вернулась, вино уже стояло на столе.

– Це-два-аш-пять-о-аш?

– Что-нибудь имеете против?

– Нет, нисколько. А можно? Папуля позволит? – ухмыльнулась она.

– Давай договоримся так – ты будешь спрашивать разрешения, начиная с четвертого бокала.

– Заметано.

Они чокнулись и выпили.

– Итак, дорогой мой Добрый самаритянин, с прозой мы разобрались. А как обстоят дела с поэзией? Кто первым приходит в голову?

– Ну уж нет, второй раз на те же грабли я не намерен наступать.

Чтобы исключить взаимное программирование, предлагаю поступить так. Мы пишем на салфетке каждый своего любимого поэта, не показывая друг другу, а затем открываем одновременно. Для чистоты эксперимента.

– Прекрасно. Только мне нечем писать.

– Мне, в принципе, тоже. Можно на смартфоне.

– Поехали.

Он набил: «Мой – Лермонтов. Твои – Цветаева (70%), Ахматова (20%), Блок (9%)».

– Ты что там столько пишешь? – улыбнулась она. – Мы же договорились – по одному.

– Все верно, я еще попытаюсь угадать твое мнение.

– А, чудесно, я тоже.

– Только быстро, наши стейки уже идут сюда.

– Готово. Ну что, на счет три?

На ее экране светилось: «Лермонтов, а твой – Пушкин».

– Да, забавно, – озадаченно произнес он.

– Что-то не так? – спросил официант, ставя тарелки на стол.

– Да нет, все замечательно, это мы о своем. Спасибо.

– Приятного аппетита.

– Благодарю.

– Н-да, – заметила она, проглотив первый кусочек, – начинаешь понимать, почему англичане не признают ничего кроме говядины.

– Нравится?

– Не то слово.

– Я рад.

– Ну что, разбор полетов?

– Изволь.

– Ты не угадал. Вообще ничего. Цветаева и Ахматова, конечно, замечательные поэтессы, но на второе место я бы все же поставила Александра Сергеевича. Возможно, это покажется кому-то банальным.

– Ну почему же? Объективно, полагаю, Пушкин – это номер один. Банальность заключается в том, что его «проходят» в школе.