Мы в порядке

Но вдруг меня снова пронзает мысль: она здесь. Ее пальцы, ее длинные темные волосы. Ее розовые губы и черные ресницы. Все те же золотые сережки, которые она никогда не снимает, даже на ночь.

– Ладно, – говорит она.

Она нажимает кнопку, и после стольких напряженных минут лифт начинает ползти вниз.

Ниже, ниже. Не уверена, что я к этому готова. Но вот уже третий этаж, мы с Мейбл одновременно подходим к дверям, и наши руки случайно соприкасаются.

Она отдергивает руку прежде, чем я успеваю сообразить, хочу того же или нет.

– Прости, – говорит она. Она извиняется не за то, что убрала руку. Она извиняется за само прикосновение.

Мы не чурались прикосновений даже до того, как по-настоящему узнали друг друга. Наш первый разговор начался с того, что она схватила мою кисть и принялась разглядывать маникюр – золото с серебряной луной. Саманта, дочь Джонса, управляла салоном, и обычно новые сотрудницы упражнялись на мне. Я сказала Мейбл, что могу обеспечить ей скидку на маникюр.

Но она ответила: «Может, лучше ты мне его сделаешь? Это вроде несложно».

После школы мы зашли в аптеку за лаком, а потом уселись в парке Лафайет, где я черт-те что творила с ее ногтями, и мы безостановочно хохотали.

Мейбл идет впереди, мы почти у двери.

Подожди.

Еще не все изменилось.

– Помнишь, как мы тусовались в самый первый день? – спрашиваю я.

Она останавливается и оборачивается ко мне.

– В парке?

– Да, в парке. Я еще пыталась накрасить тебе ногти, потому что ты захотела маникюр как у меня и получилось отвратно.

Она пожимает плечами:

– Ничего такого ужасного не помню.

– Нет, ничего ужасного и не было. Только мои маникюрные способности.

– А по-моему, было весело.

– Конечно, весело. Потому-то мы и подружились. Ты думала, что я смогу сделать тебе нормальный маникюр, а я опозорилась, но мы так много смеялись, что с этого началась наша дружба.

Мейбл прислоняется к двери и смотрит в дальний конец коридора.

– Нет. Все началось с первого урока английского, когда брат Джон попросил нас проанализировать какое-то глупое стихотворение.

Ты подняла руку и сказала что-то настолько умное, что стихотворение даже перестало казаться мне дурацким. И я поняла, что хочу познакомиться с тобой поближе. Правда, я понятия не имела, как завести разговор с девчонкой, которая говорит такие умные вещи. С тех пор я искала повод поболтать, и я его нашла.

Она никогда мне об этом не рассказывала.