Координата Z

Координата Z

Захар Прилепин

Уроки русского (АСТ)

Эту войну мне довелось предсказать и описать за несколько лет до того, как она началась в 2014 году.

Для этого, признаться, не потребовалась ни развитая интуиция, ни дар предсказателя.

Достаточно было смотреть на происходящее открытыми глазами.

С 2014 года я наверняка знал о том, что Россия не сможет избежать участия в украинской гражданской войне, и неустанно говорил об этом все те пресловутые восемь лет.

Что конфликт – не рассосётся, не исчезнет, что нужно готовиться к нему.

Я знал многих фигурантов этой войны, её героев и её негодяев ещё до того, как всё это началось. А когда началось – узнал столько, что сам порой пугаюсь этого знания.

Мне есть, о чём рассказать.

Захар Прилепин

Захар Прилепин

Координата Z

© Захар Прилепин

© ООО «Издательство АСТ»

Часть первая. Слово, сказавшее себя само

Он улыбался

18 февраля 2022 года, в день смерти моего отца, умершего за 28 лет до этого, мне приснился Александр Владимирович Захарченко.

Мне и сны снятся редко. И со дня своей смерти Захарченко – не снился ни разу.

Но этот сон – случился, и был на редкость, по-детски явственный.

Сияло солнце, и Захарченко будто светился от радости. Он тормошил меня, требуя, чтоб я разделил его настрой.

Я тоже улыбался, но всё никак не мог понять, в чём всё-таки дело.

Весь вид его говорил: видишь, сбылось же, всё сбылось! Смотри же, ну!

При этом он молчал, словно держа при себе одно заветное слово.

Так и не сообщил ничего.

Быть может, это слово нельзя было произносить вслух.

…Открыв глаза, я некоторое время думал: о чём этот сон?

Втайне догадавшись в первую же минуту, я сам себе не захотел ни в чём признаться.

Не может быть, – решил.

По весьма сомнительной привычке современного человека вести публичный дневник, днём я сделал запись: мне приснился Захарченко, он хотел рассказать какую-то новость, но сон был немой.

Читатели отреагировали по-доброму: приснился – значит, помнит о нас. Значит, всё будет хорошо.

Ещё сутки я размышлял, время от времени возвращаясь к своему сну.

Все знавшие Захарченко помнили, что никакой иной мечты у него, кроме низложения Киева, – не было. Он был рождён – для сражений, и противостояние в бою стало его судьбой.

Он болел будущей победой. Он говорил об этом каждый день.