Доктор Гарин

– Вы не беременны, сударыня? – спросил Гарин, наводя пенсне на чудесное существо.

– Я рожаю только идеи, – устало улыбнулась она, суча ножками.

– Болит?

– Да.

– Я знаю, как помочь вам, – выпрямился Гарин. – Ждите меня!

Он вышел из шатра на настоящий дневной свет. Медики и Самуил стояли неподалёку.

– Какие травы у вас есть? – спросил Гарин.

– Обилие горных трав! – ответил девушка.

– Заварите мне стакан календулы, – распорядился Гарин. – И найдите соломинку покрепче.

Через некоторое время Гарин с соломинкой и плошкой бараньего жира, Маша со стаканом заваренной календулы, кувшином тёплой воды, полотенцем и керамической чашей вошли в шатёр.

– Goddess! – восхищённо прошептала Маша, увидя лежащую на лабрадоре.

– Сударыня, встаньте на колени, – приказал Гарин больной.

Та приподнялась со стоном на коленях.

– Теперь опуститесь ниц.

Она исполнила это с непередаваемым изяществом.

– И потерпите немного.

Гарин зачерпнул топлёный бараний жир мизинцем и осторожно смазал прелестные миниатюрные ягодицы и между ними.

Затем так же бережно вставил соломинку богине в анус. Маша подала стакан. Он набрал в рот половину, взял конец соломинки в свои мясистые губы и, нещадно раздувая брыластые щёки, принялся вдувать настой в богиню. Лицо его стало угрожающим.

Она застонала.

– Calm down! – Маша поглаживала её двумя пальцами по изящной шоколадной спинке.

Вдув всё, Гарин бережно вытянул соломинку из крошечного ануса.

– А теперь, дорогая моя, ложитесь на левый бок.

Богиня со стоном повиновалась. Гарин накрыл её одеяльцем.

– Маша, прочтите нам что-нибудь духоподъёмное.

– Once upon a midnight dreary, while I pondered weak and weary… – начала Маша, поглаживая лежащую.

Но не успела она дойти и до трети великой поэмы, как богиня подняла изящную голову:

– O нет…

– Да, сударыня, да! – удовлетворённо тряхнул бородой Гарин, стягивая с неё одеяльце.

– О нет, нет… – Богиня засучила длинными, широкобёдрыми ножками.

Гарин подхватил её и перенёс в чашу:

– Свободно, сильно и легко!

Из прелестницы обильно хлынуло в чашу.

И запахло поносом вполне человеческого размера. Гарин и Маша с улыбкой переглянулись.

Золотой полог поднялся, и Гарин вышел из шатра с сидящей на своих сведённых вместе ладонях богиней. Вымытая и по-прежнему обнажённая, она приветливо улыбнулась полными губами и подняла тонкие ручки. Толпа радостно взревела:

– Анархия!

К богине побежали, потянулись руки.