Однажды в Голливуде

Во мне что-то было! Но студия все пихала меня в фильмы со старыми и устаревшими пердунами. Но я и Чак Хестон? Это другое дело. Я и Ричард Уидмарк, я и Митчем, я и Хэнк Фонда[45 - Но я и Чак Хестон? Это другое дело. Я и Ричард Уидмарк, я и Митчем, я и Хэнк Фонда: Чарлтон Хестон (1923–2008) – американский актер, исполнитель главной роли в эпиках «Бен-Гур» (1959), «Десять заповедей» (1956) и «Эль Сид» (1961), научно-фантастических фильмах «Планета обезьян» (1968) и «Зеленый сойлент» (1973). Ричард Уидмарк (1914–2008) – американский актер, начинавший с ролей антигероев и негодяев в нуар-фильмах.

Позднее получал как главные, так и второстепенные положительные роли в вестернах и картинах других жанров. Роберт Митчем (1917–1997) – американский актер, звезда вестернов и нуаров. По мнению Тарантино, в 1970-е Митчем вошел в режим автопилота и во многих ролях «выглядел дуб дубом». – Прим. ред.] – это что-то! И в некоторых вещах эту искру еще можно разглядеть. Я и Микер в «Таннере». Я и Роб Тейлор в «Маккласки». Черт, даже я и Гленн Форд в «Адском пламени, штат Техас». Форд там уже играл на отъебись, но выглядел все еще мощно, и мы отлично смотрелись вместе. Так что да, у меня был потенциал. Но его весь просрал этот мудила Дженнингс Лэнг из «Юниверсал».

Затем актер драматично и обреченно вздыхает, смотрит в пол и говорит:

– Черт, да я и сам все просрал.

Он поднимает голову и ловит взгляд агента:

– Я просрал четвертый сезон «Закона охоты». Потому что мне надоел телик. Я хотел быть кинозвездой.

Хотел быть как Стив Маккуин. Если смог он, то смогу и я. Если бы на протяжении всего третьего сезона я не вел себя как законченный мудозвон, мы бы продлились на четвертый сезон. И до сих пор прекрасно ладили бы, и расстались бы друзьями. А теперь все в «Скрин Джемс» меня ненавидят. Проклятые продюсеры «Закона охоты» будут дуться на меня до конца дней. И я это заслужил! Весь последний сезон я вел себя как мудак. Всем давал понять, что у меня есть дела поважнее, чем съемки в этом жалком гребаном телешоу.  – На глаза Рика вновь наворачиваются слезы. – На «Бинго Мартине» я ненавидел этого гондона Скотта Брауна. Впрочем, никогда не позволял себе того, что позволял он. Можете спросить у актеров, с кем я работал, у режиссеров, с кем я работал, – я никогда не был такой сволочью. А я работал с теми еще гондонами. Но почему именно этот гондон выбесил меня по-настоящему? Я увидел, как он неблагодарен. И тогда увидел в нем себя.