Песчаная роза

Соня тогда почувствовала прямо-таки детский восторг, когда закройщик сказал, что ее выбор фасона и ткани безупречен.

Она и сейчас улыбнулась, вспомнив это.

– Послушай, – сказал Борис, закрывая дверь, – я беру отпуск и уезжаю. Завтра.

Соня ушам своим не поверила. Спонтанные решения не были ему присущи вообще, а в делах тем более. И только вчера он говорил, что на днях подписывает несколько важных партнерских соглашений, а сразу после этого должен будет поехать в Германию на конференцию европейских медиа, и она еще уточнила, куда именно в Германию, а когда узнала, что в Нюрнберг, пожалела, что не сможет поехать с ним и увидеть рождественский базар, самый красивый в Германии, как раз недавно читала о нем в книге, которую…

– Но как же в отпуск, Боря? – удивленно спросила она.

 – Почему вдруг?

– Поедешь со мной? – не ответив, спросил он.

– Ну… да, – растерянно проговорила Соня. – Правда, у меня завтра встреча в министерстве, и я…

– Отложи. – Он не стал дослушивать про встречу. – И возьми нам билеты.

– Куда? – с той же растерянностью спросила она.

– Куда хочешь. К морю. В Альпы.

– Так к морю или в Альпы?

Билетами всегда занималась его секретарша Пальмира Викторовна.

Как все это странно!

– Все равно. Куда хочешь, – повторил он.

Мрак его голоса поразил ее. Она подошла к Борису, заглянула ему в глаза. Но и в них ничего кроме мрака не увидела.

– Боря, что случилось? – спросила Соня.

Он не ответил. Это уже ни в какие рамки не укладывалось. Борис никогда не позволял себе ею пренебрегать.

И к тому же он просто любил разговаривать с ней о своих замыслах и планах, даже если эти планы не имели к ней прямого отношения и никакой практической необходимости в их обсуждении не было.

– Ты обедать шла? – Он сел за стол. – Иди, пожалуйста. Мне надо кое-что сделать.

Соня хотела спросить, когда он освободится, когда они смогут толком поговорить. Но Борис смотрел только на экран своего компьютера, и понятно было, что расспрашивать его сейчас не стоит.

«В конце концов, мы увидимся вечером дома, – подумала Соня, выходя из кабинета. – И все обсудим».

Эта мысль успокоила ее. Но в столовую идти расхотелось. Она и так-то не великий едок была, еще в детстве бабушке удавалось ее накормить только под чтение вслух какой-нибудь книжки, и с возрастом не приобрела к еде интереса.

Вернувшись в свой кабинет, Соня снова включила компьютер и стала редактировать колонку, которую только что написала для Шаховской-медиа.