Маятник Фуко

Он направляется к девице предосудительного поведения и, ублаготворив ее каплунами, ведет себя с ней распущенно… В течение грехопадения сарацин удирает с лошадью, и наш тамплиер, еще более грязный, волосатый и вонючий, чем прежде, возвращается поджав хвост и стараясь ни с кем не встречаться. Он выносит толику денег (принадлежащих компании) к ростовщику-еврею, который жаден как жид…

– Твои слова, Каифа, – ввернул Бельбо.

– Жаден как жид, – говорит мировая литературная традиция. Это стереотип. Цель тамплиера – втихаря восстановить если не раба, то хоть какую-нибудь клячу.

Но один собрат по тамплиерству подметил это дело и вечером на трапезе, когда плотоядными возгласами братва приветствует миску с мясом, он подпускает нетактичные намеки. Как известно, закрытые институты всегда змеюшник… Капитан просит объяснений, подозреваемый краснеет, злится, ярится, выхватывает кинжал и бросается на собрата…

– На сикофанта…

– На стукача, если перевести с греческого. Он кидается на эту гадину и уродует ему рожу.

Тот в свою очередь хватает меч, затевается свалка. Капитан усмиряет забияк оплеухами, товарищи потешаются…

– Пьянствуя и ругаясь как тамплиеры… – подсказал Бельбо.

– В бога, и в душу, и в мать, и в прочих ближних и дальних родственников… – подтвердил я.

– А наш герой совсем расходится и… как бы это выразить?

– Напыщивается! – предложил Бельбо.

– Вот-вот, спасибо, напыщивается и становится в позу и скидает рясу и кидает ее на землю…

– Заберите ваше смердящее тряпье и сгиньте, пропадите вместе со своим Храмом! – Кажется, я вошел в роль.

 – Да, и вдобавок одним взмахом меча он раскалывает печать магистра и напоследок кричит, что завербуется к сарацинам.

– И тем нарушает по крайней мере восемь заповедей.

Пора было переходить к завершению вступительной лекции. – А теперь ответьте мне, пожалуйста, как могли реагировать люди подобной складки, когда их арестовывали королевские стражники и показывали им разогретые щипцы? Признавайся, скотина, расскажи, что вы там засовывали в одно место! Кто, мы? Ах ты сволочь, сильно напугал меня своими железками, да знаете ли вы, на что способен тамплиер, да я засуну что надо в одно место и тебе, и твоему начальству, и римскому папе, и, если доберусь до него, еще и королю Филиппу!

– Сам признался, сам признался! Безусловно, именно так все и происходило, – кивнул Бельбо.

 – Потом их отправляли в погреб и раз в день обмазывали маслом, чтоб потом лучше жарилось.