Трилогия

алда, который зашагал прочь, заметил, что в длинных волосах, перехваченных на затылке шнурком, прежде черных, таких же черных, как у Асле, теперь много седины, да и сами волосы поредели, и ступает папаша Сигвалд тяжеловато, он ведь уже немолод, хотя и не стар, и тут слышится чей-то голос: мол, им нельзя здесь находиться, Асле открывает глаза и видит перед собой высокую черную шляпу и бородатое лицо, перед ними стоит мужчина с длинной тростью в одной руке и факелом в другой, и факел он держит у лица Асле и смотрит ему прямо в лицо

Нельзя тебе стоять тут и спать, говорит Мужчина

Нельзя вам тут спать, повторяет Мужчина

и Асле видит, что на нем длинная черная шинель

Уходите, говорит Мужчина

Ладно, говорит Асле

Только идти нам некуда, говорит он

У вас нет жилья, говорит Мужчина

Верно, говорит Асле

Тогда придется мне забрать вас с собой и посадить под арест, говорит Мужчина

Разве мы сделали что-то дурное, говорит Асле

Пока нет, говорит Мужчина

и тихонько посмеивается и опускает факел

Сейчас ведь не лето, говорит Мужчина

Поздняя осень на дворе, темная, холодная да промозглая, говорит он

Но где нам найти приют, говорит Асле

Ты у меня спрашиваешь, говорит Мужчина

Да, говорит Асле

В Бьёргвине много постоялых дворов и ночлежных домов, говорит Мужчина

Здесь, на одной только Инстегате, их несколько, говорит он

Постоялых дворов и ночлежных домов, говорит Асле

Да, говорит Мужчина

И мы можем найти там приют, говорит

Асле

Ну да, говорит Мужчина

Где же они, говорит Асле

Один – вон там, маленько подальше, на той стороне улицы, говорит Мужчина

и показывает где

Там у дороги ночлежный дом, говорит он

Но вам, само собой, придется заплатить, говорит он

Ступайте туда, говорит он

и Мужчина уходит, Асле же глядит на Алиду, которая спит, сидя на корточках и опустив подбородок на грудь, нельзя им здесь оставаться, само собой, нельзя, на этаком холоде, впотьмах, под дождем, поздней-то осенью, но, пожалуй, совсем немного, чуточку они еще могут отдохнуть, им это пойдет на пользу, ведь и Асле ох как устал, от усталости лег бы прямо тут и проспал целую неделю, и он тоже садится на корточки, кладет руку на волосы Алиды, а волосы у нее мокрые, он гладит ее по голове, погружает пальцы в ее волосы, закрывает глаза, и чувствует себя таким тяжелым, таким усталым, и видит папашу Сигвалда, тот сидит в лейтенской горнице и играет, и длинные его волосы, черные с проседью, перехвачены на затылке шнурком, и па